В Беларуси казнят еще двух человек

BBC

Верховный суд Беларуси отклонил кассационные жалобы двоих приговоренных к смертной казни жителей города Гродно. Приговор приведут в исполнение в любой день и час — близких известят об этом позже, официальным свидетельством о смерти. Место захоронения казненных родственникам знать не положено.

Олег Гришковцов и Андрей Бурдыко, по данным суда и следствия, в октябре прошлого года совершили тройное убийство в квартире, куда как будто пришли в гости "под предлогом совместного распития спиртных напитков", как пишут в официальных документах.

Квартиру подожгли, предварительно прихватив с собой компьютер, приглянувшиеся вещи и мальчишку-школьника — свидетеля преступления и трагедии, в которой погибли мать и дедушка ребенка.

На улице пытались остановить такси и легко ранили водителя, отказавшегося везти их в Москву или белорусскую столицу (Гродно — областной центр на западе Беларуси).

Затем с неохраняемой стоянки пытались угнать автомобиль.

Милиция задержала преступников на квартире одного из них. Похищенный ребенок был там же.

К высшей мере наказания Гришковцова и Бурдыко приговорил областной суд города Гродно. Осужденные на смертную казнь не прожили и по 30 лет, оба ранее судимы.

Еще один смертный приговор вынесен 14 сентября областным судом города Могилева. Осужденный Игорь Мялик в отведенный законом срок может апеллировать к высшим инстанциям.

Все в руках государства

"Исправлению не подлежат" через десять дней после вынесения приговора в Гродно объявила в заголовке правительственная газета "Республика".

С подобным вердиктом, по данным тиражируемых соцопросов, готовы согласиться две трети белорусов.

"Белорусы не кровожадные. Но времена советской власти и полтора десятка суверенных лет не убедили их, что божья заповедь "Не убий!" стоит выше "справедливых" решений власти", — уверена правозащитник Людмила Грязнова.

Наблюдатели отмечают: апеллируя к общественному мнению и регулярно напоминая, что на референдуме 1996 года более 80% населения высказались за сохранение в законодательстве страны исключительной меры наказания, власти фактически препятствуют тому, чтобы проблема смертной казни стала предметом широкого общественного обсуждения.

Впрочем, год назад в интервью итальянской газете La Stampa президент Лукашенко пообещал "в ближайшее время" начать в Беларуси информационную кампанию с целью влияния на общественные настроения.

Кампанию, однако, развернули белорусские правозащитники, призвав противников смертной казни присоединиться к размещенной в интернете петиции. За год под воззванием за отмену смертной казни поставили подписи 318 граждан Белоруссии.

Еще 36 имен — под аналогичным обращением, переданным президенту и парламенту.

Белорусский обыватель "не в теме", констатируют наблюдатели. Он вряд ли слышал, что еще в 2004 году Конституционный суд решил: смертная казнь не соответствует Основному Закону страны.

Отменить же исключительную меру наказания, в соответствии с разъяснением Конституционного суда, в компетенции президента или парламента.

Предмет политических маневров

Белоруссия остается единственной страной в Европе, где сохраняется и применяется исключительная мера наказания.

В четверг в Минске обещан очередной этап дискуссии "по поводу возможных шагов в сторону моратория и отмены смертной казни", сообщил руководитель парламентской рабочей группы по изучению проблематики смертной казни, председатель парламентской комиссии по законодательству и судебно-правовым вопросам Николай Самосейко.

Местные ответственные лица готовы выслушать известного французского юриста Робера Бадинтера, генерального директора по правам человека и правовым вопросам Совета Европы Филиппа Боайя и других европейских экспертов.

В этот же день в Женеве на 15-ой сессии Совета ООН по правам человека официальная делегация Беларуси должна аргументировать свою позицию по вопросу моратория на смертную казнь.

В "зачете" у Минска — декларированная готовность обсуждать вопрос и недавнее создание профильной рабочей группы в парламенте.

Отмена смертной казни — одно из обязательных условий, поставленных Европой официальному Минску для начала действенного политического диалога.

Положительное решение вопроса сулит белорусскому парламенту возвращение статуса специально приглашенного в ПАСЕ. А белорусскому президенту, как полагает ряд экспертов,— "поблажки" западных наблюдателей в оценке близких президентских выборов.

Но правозащитник Валентин Стефанович заявляет: "Последние сигналы, которые мы получали из определенных провластных кругов, свидетельствуют о том, что в этом году моратория ожидать не приходится".

Судебные решения последней недели демонстрируют, что между залами высоких политических дискуссий и расстрельным казематом тюрьмы — дистанция непреодолимого размера.

Государственная тайна

Две предыдущие казни, совершенные в Минске весной, вызвали резкое осуждение Комитета по правам человека ООН.

Власти Беларуси тогда проигнорировали просьбы комитета повременить с расстрелами осужденных, чьи обращения были приняты к рассмотрению структурой ООН.

Правозащитник Роман Кисляк, добивавшийся отмены смертных приговоров, сейчас взывает к министерству иностранных дел, которое обязано контролировать выполнение страной международных обязательств.

Ссылаясь на седьмую статью Международного пакта о гражданских и политических правах, правозащитник призывает внешнеполитическое ведомство принять также меры к защите прав родственников приговоренных к расстрелу.

Мать Андрея Жука, одного из расстрелянных в марте, который месяц предпринимает попытки узнать в инстанциях место захоронения сына. Обращение к министру внутренних дел осталось без ответа, теперь женщина направила жалобу в Совет министров.

Более 10 лет назад Комитет по правам человека ООН назвал пыткой по отношению к близким ту секретность, которой сопровождается смертный приговор в Беларуси. С осужденным на смерть нельзя попрощаться, забрать его вещи; родным не выдают для погребения тело, место захоронения не разглашается.

Секретом является и количество казненных.

Активисты кампании "Правозащитники против смертной казни" в середине мая обратились с запросами о количестве вынесенных в постсоветской Белоруссии и приведенных в исполнение смертных приговоров к генеральному прокурору, председателю Верховного Суда, министру внутренних дел.

"Все эти госструктуры ответили, что не могут предоставить такие сведения и посоветовали обратиться в министерство юстиции. Ответа из минюста мы не получили", — говорит координатор кампании Ирина Толстик.

поделиться

Новости по теме

Новости партнёров