Почему белорусам не удается победить коррупцию?

Геннадий Косарев, "Завтра твоей страны"

Генпрокуратура в очередной раз направила в Совет министров информационное письмо с предложениями активизировать противодействие коррупции. О причинах живучести этого зла в Беларуси — эксперты "Завтра твоей страны".

Политолог Валерий Карбалевич признается, что не знает ни одной страны, которой удалось бы полностью победить это явление. Но в Беларуси, по оценкам разных международных организаций, изучающих коррупцию, ее уровень достаточно высок.

По результатам исследования компании Transparency International в прошлом году среди 176 стран и территорий Беларусь заняла 123-е место в рейтинге восприятия коррупции. По соседству с Беларусью расположились Мозамбик, Вьетнам, Сьерр-Леоне и Мавритания. Среди географических соседей страны хуже только в России — 133-я позиция и в Украине — 144-е место. Польша заняла 41-е место, Литва и Латвия — 48 и 54 соответственно.

То, что Беларусь никак не выберется в этом рейтинге из второй сотни стран, Валерий Карбалевич объясняет существующей в стране социальной моделью, где во всех общественных процессах превалирует роль государства.

— Когда от чиновников зависит, разрешать или не разрешать то или иное явление, будь то в экономике или общественной жизни, они неизбежно будут пользоваться этим своим правом для извлечения каких-то коррупционных выплат, — полагает эксперт.

Главный способ борьбы с коррупцией, по мнению политолога, резко сократить роль государства во всех социально-экономических процессах и передать ее: в экономике — на рыночное регулирование, а в общественной жизни — общественности.

В Беларуси же все происходит наоборот — роль государства возрастает.

— И если в экономике государство занимает около 70% ВВП, то возможность для коррупции возрастает еще больше. Скажем, госпредприятия могут поставлять продукцию через посреднические фирмы, от которых они получают доходы, а эти посреднические фирмы могут создавать чьи-то родственники. То есть, если директор предприятия не является хозяином, он может использовать это госпредприятие для теневых доходов, — отмечает собеседник.

По оценке Валерия Карбалевича, в рамках существующей модели борьба с коррупцией не может дать хорошего результата.

— Для минимизации коррупции социальную модель надо менять. Но руководство страны делать этого не хочет, поскольку она идеальна для удержания власти, — считает политолог.

В то же время в мире есть примеры и инструменты, как минимизировать коррупцию. Традиционно лидирующие позиции в этом плане занимают северные страны Европы или такие государства, как Сингапур.

— Их опыт связан с тем, что присутствие государства, в первую очередь, в управлении минимизировано, и государство, как и чиновники, там не является таким влиятельным, как в белорусской системе, — говорит председатель Объединенной гражданской партии Анатолий Лебедько. — Для этого надо, чтобы была развитая независимая судебная система, необходимо влияние института независимой прессы, нужны эффективный парламент и соответствующее законодательство.

Если все это есть в наличии, тогда можно говорить об определенных успехах в борьбе с коррупцией. Но в белорусской ситуации, по мнению политика, ни один из этих пунктов не присутствует.

Новости по теме

Новости других СМИ