Россияне ищут в Беларуси суррогатную мать за $10 тысяч

Ольга Свиридович, "Народная трибуна"

Сразу на нескольких брестских интернет-ресурсах появилось объявление: "Ищу суррогатную маму в возрасте от 20 до 33 лет. Высокая оплата и официальный договор". Если во многих странах это уже стало обычной практикой, то у нас суррогатное материнство вызывает неоднозначную реакцию общества и неподдельный интерес. Заинтересовалась и я. В объявлении была ссылка на частную медицинскую компанию, которая оказывает услуги по поиску суррогатных матерей и генетических родителей в Беларуси.

Средняя цена – 13 тысяч долларов. Кстати, в соседней России она колеблется от 15 до 40 тысяч долларов, в США может достигать 150 тысяч (только в тех штатах, где это разрешено законом). Запрещено суррогатное материнство в Австрии, Германии, Норвегии, Швеции, Франции. В Австралии, Великобритании, Дании, Израиле, Испании, Канаде, Нидерландах законным является только некоммерческое суррогатное материнство, когда женщина не получает никаких денег. В упомянутых странах запрещена даже реклама этого метода. В Беларуси суррогатное материнство регулируется законом.

Журналистский интерес подтолкнул откликнуться на одно из объявлений. Из контактов был только электронный адрес. В письме я честно указала, что заинтересовалась объявлением. Почти через две недели мне написали, что очень рады, и предложили ответить на ряд вопросов – семейное положение, уровень здоровья, хобби и интересы. Оказалось, что "заказчики" познакомились с информацией на моих страницах в социальных сетях, а точнее – с той, которая доступна пользователям интернета (тем, что не являются "друзьями"). В течение нескольких дней мы переписывались на абстрактные темы, а потом собеседник, назвавшийся Сергеем, спросил номер телефона.

На днях мне позвонили. Сергей предложил не откладывать и встретиться в этот же день. Я согласилась и сразу решила, что не буду скрывать свой профессиональный интерес и все расскажу, ибо совесть не дает покоя.

Встретились днем на улице Советской. "Заказчики" приехали вместе. Довольно симпатичная семейная пара чуть за 30 – Сергей и Наталья (так они представились). Сразу заметила, что подъехали на автомобиле с российскими номерами, а мне писали, что живут в Бресте. Это так, наблюдение...
Разговор начал Сергей, он предложил рассказать о себе. Уважая их чувства, я решила сразу расставить точки на "і" – рассказала, что являюсь журналисткой. Они были в курсе, так как нашли эту информацию в интернете, и даже заметили, что такая нервная профессия может помешать нашему "сотрудничеству". Пришлось уточнить, что "сотрудничество" у нас может быть только журналистское. Интересно, что и Сергей, и Наталья спокойно восприняли эту информацию. Оказалось, что таких кандидатур уже было несколько и неизвестно, сколько будет. Будущие родители очень скрупулезно выбирают сурмаму, и я – лишь одна из десятков или сотен, на ком остановился их выбор.

Признаться, было такое впечатление, что волновалась только я. Мои собеседники, совершенно не показывая эмоций, продолжали беседу. Скоро они предложили попрощаться, потому что не имеют времени на такие "случайные" и "бесполезные" встречи. Удалось задержать их вопросом: "Неужели нет другого способа стать родителями?" Наталья не пожелала продолжать разговор и пошла в машину, а Сергей сказал, что для них нет, да это и не мое дело, однако присел рядом и рассказал, что решение им далось нелегко. Они здоровы, однако завести детей не получается уже четыре года. Жене 33, и она не хочет больше ждать, так как волнуется, что вообще никогда может не получиться стать родителями. Взять кого-то из детского дома собеседник наотрез отказался, сославшись на плохую генетику и нежелание воспитывать чужого ребенка. Суррогатное материнство для них – оптимальный вариант и, по словам Сергея, "за деньгами дело не станет". Он рассказал, что будет продолжать поиски сурмамы, и попрощался, возмутившись, что я и так забрала у них много времени.

Встреча получилась недолгой, но очень познавательной. Сначала я сочувствовала этим людям и чувствовала себя некомфортно из-за того, что даю им ложную надежду, однако впоследствии мои переживания развеялись. Мне пришлось встретиться с типичными представителями современного потребительского общества. Уже через четыре года неудачных попыток люди, если верить их рассказу, решили купить свое счастье. При том, что особенно "раскошеливаться" не собирались. 10 тысяч долларов – самый низкий ценник на рынке этих услуг. Замечу, их автомобиль стоит в пять раз больше.
Осадок остался и после того, как Сергей и Наталья солгали, что они – белорусы. Повторюсь, на машине был российский номер, Сергей путался в белорусских деньгах, когда расплачивался за кофе, в его кошельке были дисконтные карточки российских продуктовых гипермаркетов. Потом потенциальный отец стыдливо признался, что "неместный", однако на мое мнение это уже не повлияло. Да и не поняла я (думаю, что и они тоже), зачем им нужна суррогатная мать. На мой взгляд, не разобрались они в себе, в проблемах своей семьи...

– Бездетные пары из России заключают договоры на суррогатное материнство в Беларуси, – рассказал партнер адвокатского бюро, адвокат Александр Пыльченко. – В правовом регулировании суррогатного материнства есть различия. Одним из главных является то, что в Российской Федерации после рождения ребенка для юридического закрепления его за генетическими родителями необходимо заявление суррогатной матери. Это значит, что она может злоупотреблять своим положением и, как показывает практика, нередки случаи, когда матери не хотят отдавать ребенка.

Интересно и то, когда спросила мнения о моей авантюре у знакомых, услышала очень разные ответы. Одна знакомая, мать двоих (!) детей, заметила, что 10 тысяч долларов – это очень мало и они, россияне, просто скряги. Приятель, который учится в университете, и его девушка спокойно полагают, что это нормальное современное деловое предложение. А вот люди более старшего возраста высказались коротко: "Ужас!" Здесь, как говорится, без комментариев.

Новости по теме

Новости других СМИ