"Класковская полностью отрицает свою вину"

Юрий Дракохруст, "Радыё Свабода"

Сегодня в Стокгольме начинается судебный процесс над иммигранткой из Беларуси Ольгой Класковской. Ее обвиняют в покушении на убийство ее бывшего мужа.

На процессе будет присутствовать и рассказывать "Радыё Свабода" о ходе разбирательства журналистка Юлия Лапицки – белоруска, бывшая сотрудница белорусской и русской служб Радио Швеция. По словам Юлии, она познакомилась с Класковской в 2010 году, во время акции протеста у посольства Беларуси в Стокгольме. Лапицки делала с Класковской интервью для радио, помогала ей. Накануне процесса журналистка ответила на несколько вопросов "Радыё Свабода".

– В каких условиях Класковская содержится? Сколько человек в камере? Чем она может пользоваться в камере? Разрешены ли свидания с родственниками и друзьями на этой стадии процесса?

Лапицки: Из того, что я слышала от людей, имевших с ней контакт, сначала Ольга находилась в камере строгого режима. Это одиночная камера, ей были запрещены контакты, там не было ни газет, ни телевизора, ни интернета. Так она содержалось два с половиной месяца. Потом ее перевели в камеру общего режима. Это тоже одиночка, но из этой камеры с 8.00 до 16.30 можно выходить, ходить по тюрьме. Там есть тренажерный зал, телевизор, она может встречаться с другими заключенными. Там есть русскоязычные заключенные, есть русскоязычные и среди сотрудников тюрьмы, у нее сложились хорошие отношения с некоторыми из них.

Она может встречаться с родственниками и друзьями, это определенная процедура. Нужно подать заявку на это, заявка должна быть подписана Ольгой и тем человеком, который хочет с ней встретиться. Им назначают время, и встреча происходит. Ольга имеет право на 10 минут телефонного разговора в неделю, которые оплачивает тюрьма. Она звонит обычно матери.

Заключенные также получают деньги, в камере строгого режима ей выдавали 80 крон в неделю, это около 8 евро. Я знаю, что она также подрабатывала, но не знаю, сколько она зарабатывала.

– Кто оплачивает адвоката Класковской и сколько это стоит?

Лапицки: По закону, человек, которого обвиняют в тяжком преступлении, имеет право на адвоката, которого оплачивает государство. Она встречается с адвокатом 2-3 раза в неделю, не меньше часа каждая встреча. Услуги адвоката стоят 100 евро в час.

Здесь были обнародованы расчеты, что каждый заключенный в Швеции обходится государству примерно 300 евро за день, это и зарплаты персонала тюрьмы, и содержание помещений, и питание.

– Что будет пытаться доказать суду защита? Что подзащитная была спровоцирована или действовала в состоянии аффекта?

Лапицки: Я не знаю. Но сама Ольга отрицает свою вину полностью, она говорит, что если она это и делала, то ее спровоцировали. Но точно я узнаю об этом в суде.

– Имеет ли этот случай какой-то резонанс в Швеции – и как отдельный случай, и как иллюстрация судьбы женщины-иммигрантки?

Лапицки: Это здесь никак не освещается. Насчет этого дела были две маленькие заметки – одна в местной газете, что женщина пыталась убить своего бывшего мужа, и в национальной газете было также небольшое сообщение. Но и там и там не упоминалось ни происхождение Ольги, ни ее имя. Здесь не принято, когда идет уголовное дело, не принято обозначать национальность человека, чтобы не создавать иностранцам имиджа уголовников.

– Есть ли в Швеции дискриминация, предвзятое отношение судебной и шире – правоохранительной системы в отношении женщин или иностранцев?

Лапицки: Я лично считаю, что если справедливый суд существует, то это шведский суд и суд других скандинавских стран. Я верю в объективность шведской судебной системы. Другое дело, что женщины-иммигрантки попадают в затруднительное положение. Система относится ко всем одинаково, но у имигранток меньше шансов выиграть свое дело. Женщины, которые сюда приезжают, выходят замуж за шведов, на протяжении 2 лет не имеют права на постоянное жительство, они могут получить это право только в случае, если их отношения с супругами продолжаются. Иногда мужчины этим пользуются.
Иностранки часто не говорят по-шведски и не понимают шведской системы, не понимают своих прав, не знают, куда им обращаться и какие вопросы задавать. Есть и проблема социальных связей, нет семьи, друзей. Так что система справедлива, но эмигрантки находятся, разумеется, в более уязвимом положении.

– Сколько времени примерно может продлиться процесс?

Лапицки: Процесс продлится 2 дня 4-5 июля. Но приговор будет оглашен только примерно через 2 недели. Однако это техническая процедура, сам процесс закончится в эту пятницу.

Новости по теме

Новости других СМИ