Слуцкий предложил ввести потолок зарплат для росийских футболистов в РФПЛ

Sports.ru

Главный тренер ЦСКА и теперь уже бывший наставник сборной России Леонид Слуцкий вспомнил, как прошла ночь сразу после вылета команды с чемпионата Европы, поделился мнением о необходимости потолка зарплат для россиян в премьер-лиге и предложил отменить лимит на легионеров.

– Вы можете вспомнить, как провели ночь c 20 на 21 июня?

– Ко мне в номер постучала группа игроков. До девяти утра мы обсуждали то, что произошло.

– Это были только игроки ЦСКА?

– Нет, не только. Те, кто там был, то есть футболисты и я, четко осознавали свой уровень. Мы все в один голос произнесли фразу: «Мы г##но». Эту данность надо принять, потому что это важная точка отсчета. Как у алкоголиков. Признать: да, я алкоголик – это самое основное, чтобы началось лечение. И когда во всех американских фильмах кто-то говорит: «Здравствуйте, я Марк Уэлблтон, я алкоголик», нам кажется, что это банальщина. А на самом деле это самое сложное.

К сожалению, не у всех игроков сборной случилось такое признание. Хотя признание важное – мне кажется, оно может позволить двигаться, пусть не очень быстро, но вперед.

– Когда вы прилетели в Москву, прямо в аэропорту игроков кололи вопросом: «Вам стыдно?». В тех декорациях это выглядело странновато, но в более спокойной обстановке я повторю вопрос. Вам стыдно за Евро-2016?

– Да, конечно, стыдно.

– Если бы вам дали возможность поменять три вещи в русском футболе, что бы это было?

– Первое – убрал бы лимит на легионеров.

Второе – сделал бы потолок зарплат для российских футболистов. Два потолка: до 23 лет и старше 23 лет. Старше 23 лет – условно 1 млн евро в год. Хочешь получать больше – езжай в Англию, Испанию, Италию. В конкурентную среду, где у тебя нет паспорта, где надо работать каждый день, где на 40 процентов не прокатит, а только на 100. До 23 лет – зарплата еще ниже.

– Насколько я знаю, ваша зарплата в ЦСКА больше 1 млн евро в год. Вы готовы на то, чтобы тренерам тоже сделали ограничение?

– Да ради Бога. В ЦСКА я ни разу и ни с кем не разговаривал о своей заработной плате. Клуб мне всегда назначал ее сам, клуб сам, когда считал нужным, ее поднимал. Я ни разу даже не задавал про это вопросы. И еще раз – во время того разговора в номере было сказано: «Мы – говно». То есть тренер здесь находится в такой же ситуации, как и футболисты, если не в худшей.

Ну и третье – четко прописал бы траты клубов, которые находятся на государственном финансировании, на зарплату футболистов и на детский футбол. Прописал так, чтобы эти статьи расходов не отличались в тысячу раз друг от друга. Простой пример: в моем родном Волгограде даже в послевоенные годы проводился чемпионат города среди юношей. Всегда, даже после войны. 2016 год – первый, когда его не провели! Потому что не нашли на это полмиллиона рублей.

– Если мы вводим потолок зарплат и отменяем лимит, вы готовы перенестись в 90-е? «Жемчужина» из Сочи, нижегородский «Локомотив»…

– На топовых стадионах? Да! Голландия – вы же ее большой поклонник. Топовые стадионы, полно молодежи, мало легионеров, особенно в составе середняков. Это как-то сказывается на посещаемости? Нет, там полные стадионы, отличное зрелище. Все равно без государственных денег нам никуда. Но если система будет такая, деньги будут тратиться эффективнее.

(...) Я убежден: даже если все [на Евро] получилось бы так, как мы планировали, даже если бы не было травм, максимум, на который мы могли рассчитывать, это быть Словакией. Вышли бы с третьего места и проиграли бы Германии. Никто не снимает с себя ответственности, я признаю, что виноват. Признаю, что между выходом из группы и невыходом есть огромная разница. Но даже не собираясь отмазываться, я задаюсь вопросом, почему же этого характера и самоотдачи не было в самой важной игре.

– Почему же?

– Потому что эти вещи формирует среда. Ты не можешь лежать сутками на диване, а потом выйти и сказать: вот щас я проявлю характер! Это каждодневная борьба за место в основном составе. Это ежедневная борьба через тренировки за выход на футбольное поле. Это высочайший уровень конкуренции в клубах. Это игры на самом высоком уровне напряжения, которые ты должен проводить каждую неделю, а лучше – два раза. К сожалению, этого не происходит. Один из самых харАктерных ребят в сборной – Артем Дзюба; если бы он каждый день конкурировал с Рондоном, притом что он может это делать, был бы еще сильнее. И каждый был бы сильнее, если бы ему не было гарантировано место в стартовом составе, только потому что он более качественный россиянин. И соответственно уровень напряжения каждой игры был бы другим – я и про антураж, и про давление: матч чемпионата России нельзя сравнить с матчем на чемпионате Европы. Получается, что многие футболисты много лет не проявляют характер, просто потому что в этом нет никакой необходимости. И это не их вина. Вина была бы, если бы Рондон просто выиграл конкуренцию у Дзюбы, а Дзюба плюнул и стал сидеть на скамейке.

Если у тебя полный погреб картошки, зачем тебе ее идти копать? Причем она у тебя есть с первого дня, ты родился – и сразу полный погреб. Все вспоминают про поколение Евро-2008. Но как раз оно воспитывалось без лимита, в условиях жесточайшей конкуренции. Когда у тебя не было картошки, ты ее выкопал, она у тебя сегодня есть, но ты знаешь процесс и автоматически продолжаешь ее копать – просто потому что ты к этому привык. Человек, который рождается при полном погребе, никогда не будет ее копать… Есть целая плеяда выращенных лимитом игроков, которые настолько гарантировано имеют место в основном составе, настолько гарантированно имеют все жизненные блага, что им не надо копать картошку. И когда вдруг в ней появляется нужда, они думают: если надо – я пойду и выкопаю. Нет. Только через борьбу и ежедневную работу.

Все искусственное хуже натурального. Оно не такое качественное, не такое полезное.

Я вспоминаю, как после чемпионата мира-2002 у Владимира Бесчастных, глубоко мною уважаемого, спрашивали, почему мы не вышли из группы. Он начал говорить: надо заниматься развитием детского футбола и прочее. Хотя его по сути спрашивали о другом: почему он не забил с трех метров японцам и из-за этого сборная не вышла дальше? Я ни в коем случае не увожу разговор на другую тему. Я признаю свои ошибки. Я несу за них ответственность. Я искренне извиняюсь перед болельщиками – прежде всего за то, что команда, которой я руководил, не смогла проявить характер и волевые качества. Мне ужасно стыдно и ужасно неудобно. Это чувство, которое меня гложет.

И я хочу сказать, что я такой не один. Большая часть игроков сборной испытывает те же чувства. Ощущения стыда и невыполненной работы у них гораздо больше, чем то отношение к болельщикам, которое показали отдельные игроки.

Обвинять в чем-то футболистов я не хочу. Я говорю не про них, а про систему. Вот если вы можете каждый день работать на 30 процентов, но получать при этом 100 процентов зарплаты – вы будете работать хотя бы на 50 процентов?

– Не буду.

– Ну вот. Хотя естественно, есть исключения. Есть поколение футболистов – да, оно чуть старше – которое копает картошку, даже если она не копается, даже если там – бетон. Как Вася Березуцкий, который выходит с вот таким голеностопом, с разрывом трех связок, но все равно играет. Он получил травму в товарищеском матче с Сербией и все три игры на Евро провел с серьезнейшим повреждением, он до сих пор не работает в общей группе, хотя прошло черт знает сколько времени. Есть те, кто ведет себя иначе. Но еще раз – я никого не обвиняю. Это, что называется, порода.

Новости по теме

Новости других СМИ