Среди бойцов АТО ширится "донбасский синдромом", который может привести к эпидемии самоубийств


В закрытой психиатрической клинике при военном госпитале прибавилось пациентов с посттравматическим синдромом.

Цветами и орденами, объятиями и слезами радости мирные города приветствуют солдат, которые вырываются из котлов, возвращаются из плена или фронта. Но даже избежав ранений и увечий, домой возвращаются совсем другие люди. По статистике, почти 80 процентов бойцов привозят на себе семена тяжелой болезни - так называемый "афганский синдром", то есть уже "донбасский синдром". Об этом говорится в сюжете ТСН.Тиждень.

Депрессия, потеря интереса к жизни, алкоголизм, ночные кошмары - это лишь некоторые симптомы болезни ветеранов. Ее называют посттравматическим стрессовым расстройством. Беда в том, что сами больные его не замечают. Но если им вовремя не помочь, то война для них не закончится никогда.

Им снятся кошмары, они вздрагивают от резких звуков и могут не контролировать свои действия, раздражены. Для специалиста - это четкий диагноз - посттравматическое стрессовое расстройство.

"Например, гремит гром, у человека происходит непроизвольное калоиспускание, он прыгает под кровать, берет автомат и трясется. И говорит - я понимаю, что это гром, но физически сделать ничего не могу", - отмечает психолог Алексей Карачинский. Вернувшись домой, невозможно избавиться реакций, которые еще вчера спасали тебе жизнь: жесткого правила, что подозрительный звук означает смерть, в глубокий окоп надо прятаться ни от чего, что мир разделен линией фронта и лучшее решение - выстрелить первым.

Подсознание постоянно подсовывает кровавые картинки - которые невозможно пристроить в тихую, мирную окружающую жизнь. Фронтовики впадают в депрессию. Замыкаются, прячась от окружающего мира. И это очень серьезно. Потому что бойцы, тела которых сохранила война, теряют понимание, зачем жить дальше. Так уже было. С американцами после Вьетнама и Ирака. С советскими солдатами - после Афганистана. Так будет и с украинцами теперь - эпидемия самоубийств. Мало кто знает, что в столичном военном госпитале есть своя закрытая психиатрическая клиника. На каких дверях здесь - нет ручек. Еще год назад здесь было меньше сотни пациентов. Теперь - 432. В большинства - посттравматический синдром.

"Обычно проявления посттравматического стрессового расстройства проявляются в промежутке от недели после выхода из зоны АТО до полугода. 80% людей, которые побывали в боевых действиях, рискуют пройти через посттравматическое стрессовое расстройство", - говорит психиатр Роман Чайковский.

Отделение маловато даже для бумажных историй их болезней. Большинство пациентов боятся телекамеры - могут опознать родственники, а для солдат - это стыд. Они, бойцы АТО, вернутся домой, и будет жестко. Об этом кричит весь мировой опыт. Уже сегодня там, на фронте, нужно устраивать систему психологической помощи. А здесь - готовить для солдат рабочие места. Учить надо даже их семьи - воспринимать своих защитников по-новому. Потому что большинство из тех, кто возвращается, кроме посттравматического синдрома, везут с собой отвагу, ярость, умение воевать и решать проблемы оружием. Если об этом забыть, то эпидемия самоубийств и разгул криминала разожжет еще одну войну - внутри мирной Украины.

Впрочем, мы предупреждены - и время для спасения еще есть. А теперь - возможность сравнить то, что у нас, с тем, что в них. Америка, пройдя не одну войну, научилась возвращать к нормальной жизни своих героев. Их проблемы - такие же, что и у украинцев, но на их решение государство, а главное общество готовы тратить средства, силы и разум.

В Техасе расположен один из лучших американских военных госпиталей. Основанный, к слову, на деньги благотворителей. Здесь применяют одни из самых современных и самых дорогих в мире протезов. И что не менее важно - учат ими пользоваться. Госпиталь оборудован ваннами и кухнями - для американских ветеранов таким образом воссоздают повседневную жизнь и все движения домашней моторики. И здесь лечатся три украинца. Об этом госпитале и стажировке в нем военный врач-анестезиолог из Украины Роман Бабий знает все.

Туда он попал после того, как его ранили под Славянском на Донетчине - у него травма глаза. Еще один украинец Максим Ильченко - совсем мальчишка-фронтовик, родом из Краматорска. Он родился в рубашке - пуля, прилетевшая к нему, сбоку пробила глаз и, не задев мозг, вылетела через другой. Он видит в 21 год одним глазом, на 15 процентов. И не сдается.

"Говорят, хорошие прогнозы. Вообще местные врачи сказали, что в Украине все сделали очень хорошо - нет, на что жаловаться. Просто они сделали это хорошо в пределах своих возможностей. Хочу биометрическое глаз", - рассказал Максим Ильченко.

Руслана Зелинского ранили на Майдане. Он, волонтер-медик, взял у незнакомцев коробку с надписью "Лекарства" - и она взорвалась в его руках. Руслан хочет роботизированный протез. Это чудо техники будет слушаться импульсов мозга и металлическая рука начинает казаться своей. Пальцы вполне управляемые. Он уже несколько месяцев здесь, в Пенсильвании. Правда только благодаря добрым людям с обеих сторон океана.

Врач-нефролог Зеня Чернык раньше помогала детям, теперь заботится о других - взрослых. Это ее среди ночи будят волонтеры с просьбой помочь. И она помогает - переводит истории болезней, звонит знакомым и незнакомым врачам и просит о невозможном - там, где самая дорогая в мире медицина, вылечить украинского фронтовика бесплатно.

Сейчас для украинских раненых потеря руки или ноги - это не только болезненный перелом жизни. Эти недостающие руки и ноги еще и постоянно болят. Но трое товарищей не страдают от фантомных болей - в США давно научились специальным образом обрабатывать мышцы и нервы, чтобы потерянные части тела не ныли. И это попечительства дает результат. Не ноют и души. Все трое украинцев хотят снова в бой, на фронт. И еще - чтобы с ними хотя бы иногда здоровались так, как с американскими ветеранами и кто-то незнакомый вдруг сказал: "Спасибо!".

Новости по теме

Новости других СМИ