Лукашенко центральной Азии

"Московский комсомолец"

У великого вождя всех таджиков президента Эмомали Рахмона нет недостатка в титулах. Например, подданные предпочитают обращаться к своему демократически избранному президенту так - "ваше величество" ("джаноби оли" на таджикском).

Но, качества продемонстрированные лидером Таджикистана в ходе истории с заключением в тюрьму российских летчиков, позволяет ходатайствовать перед публикой о присвоении Рахмону еще одного неформального титула. Александр Лукашенко центральной Азии — вот как следует именовать властителя из Душанбе.

"У меня нет логического объяснения поведения таджиков. Не понимаю, чего они добиваются. Они ведут себя просто иррационально" - так высокопоставленный собеседник в российских внешнеполитических структурах ответил на мой вопрос о скрытых причинах злоключений наших авиаторов.

Но, думается, что, познакомившись Эмомали Рахмоном поближе, вы согласитесь: президента Таджикистана здесь могут мотивировать лишь две соединенные амбиции — стремление выбить у Москвы побольше денег и одновременно продемонстрировать всем собственное величие.

Большинство политиков приходят к власти в своих странах, долго карабкаясь по ступенькам номенклатурной лестницы. С Эмомали Рахмоном вышло иначе. В 1992 году Таджикистан был охвачен пламенем кровопролитной гражданской войны. Разруливать ситуацию в республике пришлось двум внешним силам — России и Узбекистану. Естественно, вскоре на повестку дня встал вопрос о новом лидере Таджикистана — все прежние крупные республиканские политики оказались дискредитированными.

Ставку в этой ситуации было решено сделать на совершенно свежее и не засвеченное лицо. Первым лицом Таджикистана стал Эмамоли Рахмон — человек, еще несколько недель назад работавший простым директором совхоза.

И Ташкент, и Москва, естественно, рассчитывали на ответную благодарность со стороны Рахмона. Но вскоре выяснилось: в его родном колхозе считалось, что благодарность — это такая собачья болезнь.

Первым за свое "доброе дело" был наказан Ташкент. Таджикистан — это страна, испытывающая жуткий национальный комплекс. Здесь считают, что лучшая часть таджикской земли — например, города Самарканд и Бухара — во время советского правления были несправедливо отданы Узбекистану. Соответственно, едва укрепившись на троне, Рахмон затеял с Ташкентом холодную войну. В 2009 году президент Рахмон даже порадовал журналистов рассказом о том, как он в ходе встреч на высшем уровне дважды физически дрался с лидером Узбекистана Исламом Каримовым.

На Ельцина, Путина или Медведева Рахмон, насколько известно, с кулаками не кидался. Но в частных беседах лидер Таджикистана не скрывал: в его картине мира русские — это существа, которые по степени зловредности и коварства находятся как минимум на одном уровне с узбеками.

Вы спросите: что же мы такого Рахмону сделали? Краткий ответ звучит примерно так: мы отказываемся осыпать его величества Рахмона золотым дождем и ничего не требовать взамен.

С момента окончания активной фазы гражданской войны в Таджикистане прошло уже два десятилетия. Но местная экономика так и не восстала из руин. В республике есть одно работающее стратегически важное промышленное предприятие: Таджикский алюминиевый завод. Другие значимые статьи доходов местных жителей — отчисления от транзита наркотиков из Афганистана в Россию и деньги, которые таджикские гастарбайтеры в той же России посылают своим родственникам домой.

Этого не хватает не только для процветания таджикской экономики, но и даже для стабильного функционирования государственного аппарата во главе с Рахмоном. В стране множится число районов, где власть президента признают только на бумаге.

Рахмона, мягко выражаясь, это огорчает. Таджикистан постоянно просит у Москвы денег, не прекращая при этом заигрывать с Ираном и Америкой. В Москве денег дать в принципе не прочь. Но в российской столице хотят получить что-то в замен. А вот этого уже не хочет сам Рахмон. С уже упомянутого Таджикского алюминиевого завода российский бизнес в лице Олега Дерипаски в свое время вышвырнули словно нашкодившего кота.

Вот и получается: привлечь к себе внимание Москвы Душанбе может только с помощью резких демаршей, подобных аресту летчиков. Никого не волнует, нарушили эти несчастные что-то или нет. Таджикистан — страна, где к писанным законам относятся еще более наплевательски, чем в России. Авиаторы — всего лишь разменная монета в большой политической игре или, выражаясь еще более цинично, но точно, заложники.

Шум, которые совершенно справедливо подняли в России из-за этого гротескного приговора, Рахмона только радует. Он планирует выбить у Москвы максимум уступок в обмен на свободу авиаторов, а потом торжественно произнести текст примерно следующего содержания: несмотря на то, что эти люди нарушили закон моей страны, я их прощаю! Ведь я вообще большой друг России!

Как говаривал великий французский полководец герцог Виллар, "Спаси меня, боже, от друзей! А с врагами я и сам справлюсь!"

поделиться

Новости по теме

Новости партнёров