Петля для рубля. Может ли государство конфисковать наши деньги в кризис

Алексей Макурин, "Аргументы и Факты"
30 апреля 2020, 16:54
Фото: Shutterstock.com
Опустошение счетов началось после того, как в конце марта был объявлен карантин и проанонсировано введение налога на доходы по крупным вкладам. Затем желание обналичить зарплаты и сбережения стали подогревать слухи. Что же на самом деле угрожает нашим деньгам?


Реальна ли конфискация вкладов?

В Советском Союзе правительство не стеснялось залезать в карман своим гражданам. Самое памятное ограбление началось в январе 1991 г., когда было запрещено забирать из государственного Сбербанка СССР больше 500 руб. в месяц. Запрет просуществовал несколько месяцев. Но этого оказалось достаточно, чтобы в условиях быстрой инфляции деньги начали обесцениваться и пошёл процесс, памятный как «заморозка вкладов в Сбербанке».

Может ли что-то похожее повториться сегодня, когда из-за низких цен на нефть падают государственные доходы и растут расходы на борьбу с «коронакризисом»? На этот вопрос ответил нынешний президент Сбербанка Герман Греф, который заявил, что ограничение выдачи вкладов, как 29 лет назад, «совершенно бессмысленно» и «невозможно никогда».

«Сегодня с точки зрения макро­экономики, с точки зрения готовности государства к подобного рода ситуациям мы на порядок лучше выглядим, чем даже самые развитые страны. Потому у государства нет никакого резона это делать», – подчеркнул глава Сбера.

Не намерен устанавливать мораторий на получение средств со вкладов и Банк России. «Во-первых, ни Гражданский кодекс, ни банковское законодательство не позволяют вводить такие ограничения. И второе: в этом нет абсолютно никакой необходимости», – заявила глава ЦБ РФ Эльвира Набиуллина. Но, с другой стороны, на возможность использовать вклады физлиц для борьбы с кризисом обратил внимание председатель Счётной палаты Алексей Кудрин. И по интернету пошла гулять страшилка: государство может-таки забрать сбережения граждан. Так нужны ему наши деньги или нет? И как оно их может использовать цивилизованно?

«Денег на антикризисные программы нужно больше, чем уже выделено. Минфин может занять их у банков, выпустив гособлигации. А банки для покупки облигаций могут использовать средства, привлечённые на вклады. Кудрин имел в виду именно это, – поясняет профессор РАНХиГС Алла Дворецкая. – Изъятие сбережений через принуждение граждан к прямым покупкам гособлигаций, как в советское время, станет сегодня для правительства политической катастрофой. И такое решение, действительно, неразумно, когда совокупные финансовые резервы государства превосходят суммы на вкладах».

Это подтверждает и финансовая статистика. По данным Банка России, перед началом кризиса, к 1 марта 2020 г., все рублёвые и валютные депозиты физических лиц равнялись сумме в 30,8 трлн рублей, или

461 млрд долларов. При этом в Фонде национального благосостояния и золотовалютных резервах ЦБ РФ было сконцентрировано 693 млрд долларов – в 1,5 раза больше! Ситуация и близко не сравнима с той, которая сложилась в 1991–1992 гг., когда пропали деньги в Сбербанке. В то время в какой-то момент, по свидетельству экс-министра экономики Андрея Нечаева, валютные резервы страны составляли всего 26 млн долларов.


Могут ли банки прекратить выплаты?

В кризис 1998 г. счета заморозили уже коммерческие банки, у которых просто не оказалось тех денег, которые им были доверены. Сегодня, когда объявляются кредитные каникулы, есть риск, что у кого-то из банкиров опять не сойдётся приход и расход. Не окажутся ли вкладчики снова крайними?

«Теперь в России работает система государственного страхования вкладов, – напоминает директор Банковского института ВШЭ Василий Солодков. – Если какой-то коммерческий банк остановит выплаты, государство вернёт каждому его вкладчику до 1,4 млн рублей. Потому тем, чьи сбережения в одном банке не превышают эту сумму, бояться нечего.

Однако сама опасность банковских банкротств сейчас повышается. После того как каникулы закончатся, поднимется волна кредитных неплатежей – и со стороны бизнеса, и со стороны частных заёмщиков. Падение доходов и девальвация рубля не стимулируют население вкладывать. Ещё больше ухудшает ситуацию введение НДФЛ на проценты по крупным вкладам. Многие малые предприятия заморозили свои проекты, а значит, сокращается количество кредитных заявок. Продолжат кредитоваться только самые крупные и платёжеспособные компании (прежде всего государственные), которые обычно держат счета в госбанках. В итоге за период карантина част­ный банковский сектор ослабнет, государственный усилится, и вместе с этим усилится монопольное положение крупнейших кредитных организаций.

Нетрудно догадаться: самая тяжёлая ситуация сложилась среди небольших региональных банков. Потому, если в одном их них хранится очень крупная сумма, такой счёт лучше закрыть и распределить деньги в пределах 1,4 млн рублей между несколькими другими банками. А укрепление банков-монополистов обернётся тем, что ставки по вкладам в них будут ещё ниже, чем могли бы быть в окружении многочисленных конкурентов».



Во что теперь вкладывать?

Тройка инструментов, которые в народе считаются самыми надёжными и выгодными, не меняется годами. По данным опроса, проведённого в марте Аналитическим центром НАФИ, это недвижимость, вклады в госбанках и золото. Но так ли это сегодня с точки зрения профессионалов?

«Деньги, вложенные в недвижимость, не пропадут, но могут обесцениться, – считает советник по макроэкономике гендиректора компании «Открытие Брокер» Сергей Хестанов. – ­Такие инвестиции были в России по-настоящему выгодными с 1999 по 2008 г., когда недвижимость подорожала в долларах почти в 10 раз. Но с тех пор она уже в 2 раза подешевела. И в результате этого кризиса нас ждёт новое падение цен на квартиры в долларовом эквиваленте. А если государ­ство остро почувствует нехватку доходов, оно может увеличить налог на имущество, установив в качестве базы для его расчёта рыночную стоимость недвижимости.

Долгосрочные рублёвые депозиты обычно позволяют компенсировать до 80% реальной инфляции. Но есть опасность новых девальваций, которые съедят даже этот выигрыш. Потому в течение ближайшего года, пока не успокоится рынок нефти, лучше открывать валютные вклады. Они будут надёжнее, несмотря на то что проценты по ним стремятся к нулю. Но такие вклады должны быть долгосрочными – хотя бы на 2–3 года. А если деньги понадобятся в течение ближайших 12 месяцев, стоит перевести в валюту хотя бы половину своих сбережений. При этом острой нужды в деньгах у банков сейчас нет. Потому роста процентных ставок не будет.

Про золото говорят, что оно любит плохие новости. Это единственный актив, который дорожает, когда всё падает, в том числе сегодня. Но и золото дорожает не всегда. Например, с 1982 по 2000 г. оно подешевело в 2 раза. Потому этот вариант подходит только для состоятельного человека, который может вложить в золото 5–10% своего капитала и не пострадает, если оно годами будет падать в цене».


В общем, ни один вариант инвестирования не даёт гарантированного дохода. ­«Оптимальный выбор в ближайшие месяцы – даже не пытаться угадать самый выгодный способ вложений. Храните деньги в той валюте, в которой обычно тратите. Если сбережения небольшие, то и потерь больших не будет», – советует Солодков.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Дорогие читатели, не имея ресурсов на модерацию и учитывая нюансы белорусского законодательства, мы решили отключить комментарии. Но присоединяйтесь к обсуждениям в наших сообществах в соцсетях! Мы есть на Facebook, «ВКонтакте», Twitter и Одноклассники

Новости других СМИ