Что будет, если забастуют или уедут из страны белорусские IT-шники?

infobank.by
25 августа 2020, 12:46
Иллюстративное фото
Забастовки на предприятиях – мало того, что новое для сегодняшней Беларуси явление, так еще к тому же их причины, как и требования бастующих – не социально-экономические, как обычно бывает во всех странах, а политические: протест рабочих государственных заводов против фальсификации итогов президентских выборов приобрел в Беларуси именно такую форму.

В последний раз протесты заводских рабочих наблюдались в стране в 1991 году, но требования вышедших тогда на Площадь людей были сугубо социальные. В 1995-м немного побастовали троллейбусники Гомеля и Минска из-за задержки зарплаты.

Но наиболее известной в августе 1995-го была забастовка Минского метрополитена, поводом для которой стало нарушение руководством метрополитена коллективного договора и тарифного соглашения. Закончилась она увольнением 58 человек и использованием штрейкбрехеров через несколько дней.

Сегодняшние же акции – намного более решительные, масштабные, продолжительные, без всякой социальной подоплеки, и призваны убедить властный режим в Беларуси в серьезности намерений в отстаивании политического выбора, который у бастующих был украден.

При этом бастуют рабочие исключительно государственных предприятий, угрожая нанести серьезный экономический урон обманувшему им государству. И если забастовка на, скажем, Жабинковском сахарном заводе, какого-либо заметного урона бюджету не принесет, а уж тем более в бюджетной организации, то прекращение работы на МАЗе, БелАЗе, МТЗ, МЗКТ – уже довольно ощутимо для бюджета.

Но даже сокращение выпуска грузовиков и тракторов, реализация за рубеж которых приносит в страну иностранную валюту, так необходимую для существования современной белорусской экономики, слабо скажется на платежном балансе страны.

Ведь на их производство также затрачивается много иностранной валюты: на импорт металла, комплектующих и агрегатов, на природный газ, который идет на выработку электрической и тепловой энергии, необходимых для производства. И когда это производство останавливается – останавливается и импорт, необходимый для него. Отчего чистая потеря иностранной валюты из-за забастовок на предприятиях машиностроения не настолько чувствительная.

В отличие от остановки нефтеперерабатывающих предприятий и добычи калийной соли. Именно НПЗ и Белкалий – главные валютные «добытчики». И если нефтепереработка приносит валюту только лишь благодаря пока еще существующей скидке на нефть России, то экспорт калийных удобрений – это валютная выручка в чистом виде, и его остановка – большие потери.

Но в белорусских реалиях заставить работать самые важные для страны предприятия властный режим еще как-то сумеет – наймет штрейкбрехеров, уволит и запугает бастующих «волчьим билетом», заодно – и членов их семей, поднимет оклады не бастующей части и т.п.: заводы смогут работать, хоть как-то, в ограниченном режиме.

Однако есть в стране такая категория работников, которые осуществляют деятельность в сфере с самой высокой на сегодня добавленной стоимостью и приносящей очень большую валютную выручку. И которых невозможно не только заменить, но и запугать увольнением с «волчьим билетом», ведь у них вообще нет географической привязки к месту работы: они могут работать в любом месте на планете, только лишь имея компьютер и доступ в интернет.

Речь идет о IT-шниках. Насколько важна сейчас IT-отрасль для создания ВВП и притока иностранной валюты в страну можно взглянув на официальную белорусскую статистику.

Статистикой IT-отрасль помещена в вид деятельности «информация и связь». И если в 2008-м доля этого вида деятельности в создании ВВП составляла только 2,3%, и была представлена главным образом работой мобильной и стационарной связи, то в 2020 году – уже 7%, что больше, чем дает в ВВП строительство, и в 2,5 раз больше, чем все сельское хозяйство страны (!!!).

Вид деятельности «информация и связь», часть которой является IT-отрасль, создает добавленной стоимости даже больше, чем все машиностроение, так как обрабатывающая промышленность – это 21% ВВП, а доля машиностроения (производство машин, оборудования и транспортных средств) в ней – всего только 11% по объему производства.

Но еще более важный результат работы IT-отрасли в Беларуси – это выравнивание с ее помощью платежного баланса, а это самым непосредственным образом касается валютного курса и, значит, долларового размера белорусских зарплат.

Сальдо счета текущих операций платежного баланса – а по этому счету фиксируется приток и отток иностранной валюты в/из страны по результатам внешнеэкономической деятельности – показывает насколько экономика сраны «валютоокупаема».

Если сальдо плюсовое, значит, валюты больше приходит в страну, чем уходит из нее, и валютные запасы страны растут, если же оно минусовое, то отток больше притока, и, соответственно, ЗВР сокращаются.

В Беларуси годовое сальдо СТО сейчас отрицательное ($-1,348 млрд за год, с II квартала 2019-го по I квартал 2020-го), но не такое значительное, каким оно было 10 лет назад ($-10,4 млрд), что тогда привело к самому масштабному после 90-х годов валютно-финансовому кризису 2011 года.

А пару лет назад сальдо СТО было близко к нулевому и даже положительное.

Но если посмотреть структуру СТО, то самая «минусовая» составляющая – это товарное сальдо: оно составляет сейчас почти минус $4,2 млрд (перед кризисом 2011-го – минус $10,7 млрд).

А вот самая «плюсовая» составляющая – это сальдо услуг: оказано их иностранцам на $3,901 млрд больше, чем иностранцы оказали услуг Беларуси. Именно столько приходит сейчас иностранной валюты в страну на чистой основе через сектор услуг. И этот объем непрерывно увеличивается, особенно сильно в последние 5 лет.


То есть, если бы не внешнеэкономические услуги, чистый отток иностранной валюты был бы намного – почти на $4 млрд в год – больше. Столько надо было бы заимствовать денег за рубежом, чтобы сохранять сегодняшние курс BYN-рубля, размер долларовых зарплат, объем общего потребления, а значит – сегодняшний уровень жизни в Беларуси.

Основными внешнеэкономическими услугами Беларуси всегда были транспортные. Сейчас они приносят чистыми в страну $2,037 млрд иностранной валюты за год (сальдо за последний годовой период, с II квартала 2019-го по I квартал 2020-го):

оказано транспортных услуг на $3,965 млрд

принято транспортных услуг на $1,928 млрд.

В том числе:

железнодорожный транспорт: сальдо $+663 млн (оказано услуг на $1,056 млрд, принято – на $393 млн)

автомобильный транспорт : сальдо $+652 млн (оказано услуг на $1,495 млрд, принято – на $843 млн)

трубопроводный и передача электроэнергии: сальдо $+571 млн (только оказанных услуг, принятых – нет)

воздушный транспорт: сальдо $+280 млн (оказано услуг на $493 млн, принято – на $213 млн)

Но прямо сейчас на первое место по объему зарабатывания для страны иностранной валюты выходит сектор компьютерных услуг – та самая IT-отрасль. Скорость, с которой идет рост экспорта таких услуг из Беларуси, поражает. Именно ее динамика и определила такой сильный прирост сальдо услуг за последние 5 лет.

Валовая выручка от экспорта компьютерных услуг составила $2,270 млрд за год (с II квартала 2019-го по I квартал 2020-го), а чистый, за минусом принятых компьютерных услуг, приток иностранной валюты по этому сектору – $2,014 млрд.

По объему экспорта компьютерных услуг IT-отрасль Беларуси превзошла все виды транспортных услуг еще в 2018 году, хотя и остается, пока что, меньше суммарной экспортной выручки всего транспортного сектора внешней экономики Беларуси.

Но если сегодняшний впечатляющий рост IT-экспорта продолжится, то компьютерные услуги по объему экспортной выручки уже через несколько лет догонят суммарный экспорт всех транспортных услуг Беларуси.


И если по валовому объему экспортной выручки сектор компьютерных услуг еще уступает сектору транспортных услуг, то по чистому – они уже одинаковы. А, судя по динамике, по итогам календарного 2020 года чистый экспорт IT-отрасли превысит сальдо всех транспортных услуг Беларуси – их суммарный чистый экспорт.


Итак, по своей важности в вопросе привлечения в страну иностранной валюты через экспорт IT-отрасль уверенно движется к лидерству. Если бы не эта отрасль, минусовое сальдо СТО было бы сейчас не $1,35 млрд, а $3,36 млрд – на $2 млрд больше. И эти $2 млрд надо было бы заимствовать, чтобы иметь сегодняшний уровень жизни в Беларуси.

Поэтому забастовка в IT-отрасли может принести намного больше потерь валютным резервам, чем остановка предприятий машиностроения. А тем более, если IT-шники вообще переедут работать в другую, более благоприятную и свободную для работы и жизни страну.


Так, белорусским IT-шникам уже предложено переехать в Украину. Министерство цифровой трансформации этой страны установила квоту IT-иммигрантов, в пределах которой украинские IT-компании получат возможность трудоустроить 5 тысяч высококвалифицированных IT-специалистов на постоянной основе, нечто вроде «грин-карты». Привлеченные в пределах квоты IT-работники получат вид на жительство. Таким образом, они могут свободно жить и работать в Украине 10 лет.

И очевидно, что в случае ухудшений жизни и работы в Беларуси, значительная часть белорусских IT-шников и IT-компаний могут воспользоваться этим предложением.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Дорогие читатели, не имея ресурсов на модерацию и учитывая нюансы белорусского законодательства, мы решили отключить комментарии. Но присоединяйтесь к обсуждениям в наших сообществах в соцсетях! Мы есть на Facebook, «ВКонтакте», Twitter и Одноклассники

Новости других СМИ