Вадим Иосуб: У Нацбанка нет ни желания, ни средств сдерживать рубль


16 декабря 2015, 09:18
Скажется ли девальвация тенге на Беларуси, с которой Казахстан находится в Таможенном союзе? Отчего зависит курс беларусского рубля и стоит ли ожидать его резкого падения? Ответы «Журнал» искал у старшего аналитика «Альпари» Вадима Иосуба.

– То, что случилось на днях в Казахстане – вовсе не «административная» девальвация, как это случалось в Беларуси. До августа 2015 года правительство Казахстана на самом деле административно регулировало курс тенге. Но затем там перешли к плавающему курсу. Так что это абсолютно рыночная ситуация, которая произошла на фоне падения цен на нефть.

В Беларуси в последнее время курс рубля также меняется в соответствии со спросом и предложением с одной стороны, и с монетарной политикой Нацбанка с другой. Политика эта направлена, в частности, на сдерживание темпов кредитования. А правительство сейчас сдерживает рост реальных зарплат. У населения сейчас просто нет «лишних» денег, поэтому вряд ли существует угроза резкой девальвации беларусского рубля.

Единственный рублевый ресурс, за счет которого население может начать скупать валюту – это рублевые депозиты. Но у них у всех разный срок окончания, поэтому какого-то одномоментного пика спроса на валюту не будет.

– Почти год назад, когда обвалились сначала российский рубль, а затем и тенге, многие экспортеры выступали за снижение и курса беларусского рубля: дескать, конкурировать в рамках Таможенного союза стало сложнее. Сейчас не такая же ситуация?

– Доля Казахстана в беларусском экспорте небольшая. Поэтому какого-то ощутимого удара по внешней торговле с Казахстаном мы не получим. В этом плане для нас гораздо важнее динамика российского рубля.

– Белорусский рубль преодолел психологический рубеж в 18.000 за доллар. Стоит ли ожидать в ближайшее время новых «рекордов»?

– Если наши финансовые власти резко не поменяют свою денежно-кредитную политику – а пока никаких намеков на это не наблюдается – больших колебаний курса беларусского рубля в конце этого и в начале нового года я не жду.

– Что сегодня наиболее влияет на курс нашей национальной валюты?

– Самое интересное, что с конца августа на курс беларусского рубля, если смотреть на него через призму стоимости валютной корзины, особо ничего не влияет. Стоимость корзины хоть и растет, но медленно.

Скачки курсов, которые мы регулярно наблюдаем, связаны с большой волатильностью евро относительно доллара и доллара относительно российского рубля.

Сильные колебания отдельных валют в последнее время – это проявление внешних и никак не зависящих от нашей экономики факторов.

– Что может укрепить беларусский рубль? И нужно ли это нам сегодня?

– Я думаю, что крепкий рубль сегодня властям не нужен, так как это приведет к падению экспорта.

Постепенное ослабление беларусского рубля – это вполне нормальное поведение в нынешних условиях, если не будет какого-то специального административного вмешательства, а его вряд ли стоит ожидать. Рубль теоретически может укрепиться только искусственно, путем массовых валютных интервенций на биржевых торгах, но для этого у Национального банка нет ни желания, ни средств.

– Беларусь продолжает искать кредиты. Есть ли связь между займами и курсом национальной валюты?

– Косвенная связь присутствует. Получение траншей по кредитам в обозримом будущем, к примеру, до конца первого квартала 2016 года (именно в начале года МВФ должен принять решение по беларусскому вопросу – прим. «Журнал»), уменьшило бы девальвационные ожидания населения. Народ меньше бы стремился переводить свои рублевые сбережения в валюту – а это способствовало бы снижению давления на курс беларусского рубля.

– Декрет президента о налоге на доходах с депозитов напугал обывателя. Несет ли этот документ угрозу для национальной валюты?

– Необходимо исключить две крайности. Первая – не стоит ждать, что все рублевые вкладчики таковыми останутся. Вторая – не стоит ожидать, и что все рублевые вкладчики снимут все свои деньги и переведут их в валюту. Это тоже не так. Скорее всего, часть вкладчиков останется по-прежнему «в рублях», а часть заменит рубли на валюту. Собственно говоря, этот процесс уже происходит. Думаю, для регулятора такой процесс был ожидаем и каких-то сюрпризов не принес. Это нормальная реакция людей, которая просчитывалась до принятия декрета.

Другое дело, что сегодня трудно оценить, какая именно часть вкладчиков захочет из «рублей» уйти в «валюту» и к какому спросу на валюту это приведет. Я думаю, процент вкладчиков, которые окончательно примут для себя решение, в каких деньгах им хранить свои сбережения, мы узнаем к концу первого полугодия 2016 года. Только тогда можно будет оценить, какое влияние декрет о депозитах оказал на валютную структуру вкладов и в целом на валютный рынок.

В целом, состояние отечественной экономики и курс национальной валюты зависят не только от монетарных властей, не только от денежно-кредитной политики. Сейчас идет весьма активная дискуссия о структурных реформах в Беларуси – проводить их или пока не стоит. Эта тема осуждается экспертами внутри страны. Как раз на эту тему ведутся переговоры с потенциальными кредиторами (с Евразийским фондом стабилизации и развития и Международным валютным фондом).

Поэтому будущее беларусской экономики и национальной валюты зависит именно от этого решения – быть или не быть структурным реформам. А это политическое решение, и, как понимаете, последнее слово здесь вовсе не за монетарными властями.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Дорогие читатели, не имея ресурсов на модерацию и учитывая нюансы белорусского законодательства, мы решили отключить комментарии. Но присоединяйтесь к обсуждениям в наших сообществах в соцсетях! Мы есть на Facebook, «ВКонтакте», Twitter и Одноклассники

Новости других СМИ