"Уроженцы этой нелепой страны характеризуются бесчеловечностью": топ-12 упоминаний Беларуси в зарубежной литературе

Змитер Панковец, Наша Нива

Иллюстративное фото
Этот список не планировался и образовался достаточно внезапно. Просто само по себе, одно за другим, выписывались упоминания Беларуси среди современных зарубежных авторов.

В итоге этого хватило на полноценный рейтинг. Беларусь в мировой литературе упоминается не так и редко, как можно было бы подумать. Всегда интересно, в каком свете видят нашу страну за ее пределами.


Умберто Эко

Классик постмодернизма, автор знаменитого романа «Имя розы» упомянул Беларусь несколько раз. В своем последнем романе «Нулевой номер» о работе журналистов идет перечень самозванных орденов, которые возглавляет некто Генрих Третий Константин да Виго Ласкарис Алерамико Палеолог Монферратский, а также другие проходимцы:

«Есть и орден, основан в семидесятые годы… да… бароном Шойбертом, да… Витторио Бузо, он же Виктор-Тимур Второй, православный владыка Белостока, патриарх восточной и западной диаспоры, президент Данцигской республики и демократической республики Беларусь…

— Какой республики?

— Демократической республики Беларусь. Так написано. Он же Великий хан Татарии и Монголии».


Тема теорий заговора, тайных рыцарских орденов, борьбы с людским мракобесием была доминирующей во всем творчестве Эко. В «Пражском кладбище» итальянец выдал свою версию написания «Протокола сионских мудрецов».

«Это Якоб Брафман, выкрест, преподаватель еврейского языка в Минской духовной семинарии. Он проездом в Париже как раз по поручению полковника Дмитрия, то есть Третьего отделения. […] У меня в распоряжении документы минского кагала с 1794 по 1830. Все записано. Каждую мелочь запротоколировал. […] Я засомневался: возможно ли, имея только эти документы, созданные бог знает в каком дальнем углу Восточной Европы, доказать на их основании мощность Мирового кагала?»



Амос Оз

Это естественно, что про Беларусь часто упоминают популярные израильские авторы. Амос Оз — давний претендент на Нобелевскую премию по литературе. К нему относятся неоднозначно на родине, Оз осуждает политику Израиля в отношении Палестины.

Род Амоса Оза происходит с просторов бывшего Великого Княжества Литовского. И эти места он упоминает как потерянный рай. Местечко Ширки в данном случае, скорее всего, вымышленное, хотя несколько таких деревушек действительно существует в Беларуси:

«Мы с ним из одного города. Ширки. Минской губернии. […] Он отказался от Бога ради любви к женщине, но женщины не нашел. Женщины в Эрец-Исраэль были большой редкостью. Быть может, их было пять или шесть от Рош-Пины до Кастины. От силы десять, если считать еще и каждую бабу-ягу. А барышень — не отыскать. Ребята — после всех споров — каждый лежал на своем матрасе и мечтал об одесском борделе.

И это потому, что Бог посмеялся над ними. Он так и не появился в Оттоманской Азии. Остался на чердаке в синагоге, там, в Ширках, лежит и ждет пришествия Мессии. В Эрец-Исраэль не было Бога и не было женской любви. Вот так мы сами все уничтожили».


Это отрывок из «Черного ящика» Амоса Оза. Упоминаний хватает и в других произведениях. Например, «Мой Михаэль» — трогательная история рождения и смерти любви между студентами Ханной и Михаэлем. Предки того самого Михаэля были как раз из Беларуси.

«Залман Ганц был в своем роде евреем особенным. Наш долг — увековечить его имя, как это принято у евреев. Был он учителем. Учителем от Божьей благодати. Преподавал естественные науки в еврейской учительской семинарии в Гродно. От него получил в наследство Михаэль свои потрясающие способности к наукам».



Меир Шалев

Его называют израильским Маркесом. Шалев пишет абсолютно изумительные по своей красоте книги. Его дебютная книга «Русский роман» стала настоящим событием в литературе Израиля. Это история одних из первых переселенцев из Российской Империи в Палестину. О людях, что создавали кибуцы, обрабатывали полупустынную землю, жили бедно, но весело. Это те пионеры, кто построил государство Израиль. Со страниц книги являются могилевские хасиды и их мул, который также сменил место жительства.

«Зайцер, как мне рассказывали, был единственным мулом, который взошел в Страну из России, вместе с группой молодых пионеров, которая вышла из города Могилева. Они купили его в день отъезда в Одессу. Один из них увидел Зайцера, выставленного на продажу на ярмарке, и сказал товарищам громко и насмешливо:

— Я его знаю! Это потомок того мула, который принадлежал Баал Шем Тову [основателю хасидизма — «НН»].

— Нечестивец! — воскликнул хасид, который держал Зайцера за уздечку. — С каких это пор у мула бывают потомки?!»


Отношение к Зайцару на протяжении всей книги как будто к человеку. Со всеми его слабостями и устремлениями.

«Зайцер провел с могилевской коммуной несколько лет. То здесь, то там он встречал дедушку и его друзей и даже проработал с ними несколько сезонов. Но когда могилевская коммуна решила осесть на землю, у Зайцера появились идеологические сомнения».


Была среди героинь «Русского романа» еще Тоня из Минска, которая вышла замуж за нелюбимого человека. И только после смерти обоих она приходила на кладбище, сначала проверяла, не вылез ли из могилы муж, а потом проводила все время с любимым.

«Еще до того, как он прогнал Тоню из своего дома, Маргулис уже знал, что с ней что-то не так. Голос и запах его минской девушки изменились, кожа стала шероховатой, фразы — обрывистыми. По ночам она исчезала, а когда оставалась дома, уже не разговаривала во сне».



Элис Манро

Одна из интереснейших Нобелевских премий по литературе за последние годы. Манро не пишет романы, она пишет маленькие рассказы. Так, как Манро, никто из современных авторов не способен так переносить своих героев в пространстве и особенно во времени. Проза Манро феминистическая, но совсем не агрессивная. Манро очень мило и душевно рассказывает своему читателю о проблемах женщин, их боли и переживаниях, а не нападает. В рассказе «Слишком много счастья» Манро пишет про первую женщину-профессора Софью Ковалевскую. Детство и юность она провела в имении Полибино Витебской губернии.

«Она видит странный, который смешивает все вместе, сон, в котором принимает участие Анюта — но только та Анюта, какой она была задолго до рождения Юры и даже появления Жаклара. Золотоволосая барышня, красивая и очень своенравная. Они все еще живут в Полибино, их имении в Витеской губернии. Анюта занимает верхнюю комнату трехэтажной башни. Там много икон, и она жалуется, что из-за них ее жилье не так похоже на готибческий замок, как ей хотелось бы».



Орхан Памук

«Снег» — политический триллер турецкого писателя Орхана Памука. В городе Карс, недалеко от армянской границы, происходят загадочные самоубийства. Что за ними стоит? В середине книги неожиданно всплывает упоминание Беларуси.

«У его матери была подруга по лицею, родом из Беларуси, и у той был таинственный белолицый сын, который вырос без отца и без братьев и сестер, который, еще будучи в лицее, стал употреблять наркотики, ни с чем не считался и знал обо всем, но понемногу».



Людмила Улицкая

Одна из наиболее интересных авторов современной России. Книга «Даниэль Штайн, переводчик» много в чем основана на белорусском материале. Прообразом Даниэля Штайна стал католический священник еврейского происхождения Освальд Руфайзен. Обманным путем Освальд устроился в полицию местечка Мир (Эмск в книге), на этой должности он помогал спасать жизни евреям. После войны он стал монахом-кармелитом. Причем проповедовать поехал в Израиль.

«Это было не обычное старинное гетто — один или несколько кварталов, где евреи обитали со времен Средневековья. В Эмском, наоборот, люди покинули свои дома в городе и перебрались в полуразрушенный замок, принадлежавший какому-то князю. Замок окружили колючей проволокой и поставили охрану. Сначала даже не совсем было понятно: кто кого и от кого охраняет.

Полицейские были местные, белорусские, немцы считали это ниже своего достоинства. А с белорусами отношения были понятно какие — им платили. Им за все платили. За деньги они приносили даже оружие.

[…] Белорусы были очень бедными и забитыми людьми, боялись начальства, и даже такая ничтожная должность, как переводчик в белорусской полиции, в их глазах была значительная. Эта должность давала некоторое влияние».



Мишель Уэльбек

Один из самых скандальных авторов современной Франции. У Уэльбека неоднозначное отношение к исламу. На него подавали в суд мусульманские общины, угрожали расправой, он даже уезжал из Франции на какое-то время в Ирландию. Последний роман Уэльбека «Покорность» о том, как кандидат-мусульманин побеждает на президентских выборах во Франции.

Беларусь, точнее белорусок, Уэльбек несколько раз упомянул в романе «Возможность острова». Не пугайтесь циничного изложения мыслей, оно в целом характерно для главного героя, который даже не почувствовал ничего после самоубийства сына.

«Зайдя за Изабель в редакцию, я попытался снять какую-то, то ли белоруску, которая ждала своей очереди фотографироваться для восьмой страницы. Девица согласилась пропустить со мной стаканчик, но запросила пятьсот евро за минет; я отказался».


И вот еще одно упоминание:

«К тому же большинство [проституток — «НН»] составляли румынки, белоруски, украинки — в общем, уроженки всех этих нелепых стран, возникших после развала Восточного блока, и нельзя сказать, чтобы коммунизм сильно способствовал развитию сентиментальности в отношениях между людьми; в целом эти экс-коммунистки отличались скорее бесчеловечностью — в сравнении с ними бальзаковское общество, которое сложилось после разложения монархии, кажется идеалом милосердия и смирения».



Ю Несбё

Скандинавский детектив долгое время считается чуть ли не эталонным в своем жанре. Сегодня традиции Хеннинга Манкеля и Стига Ларссона (о, у него тоже есть упоминание Беларуси) продолжает норвежский автор Ю Несбё. Славу ему принесла серия романов об инспекторе полиции Харри Холли, который пьет, употребляет наркотики, его мучают кошмары прошлого, при этом он остается честным человеком и гениальным детективом.

Книга «Призрак», речь идет о переделе рынка наркотиков Осло. «В городе началась конкуренция. «Человек из Дубая». И не на рынке кроссовок, а на рынке героина, который был главным источником дохода «Лос Лабас». Кто-то говорил, что это белорусы, другие — что литовцы, третьи — что это норвежский пакистанец».

Последняя книга серии называется «Полиция», не обошлось без упоминания Беларуси и там. Правда, в Осло нет нашего посольства.

«Портье сказал, что у них есть подобный постоялец, некий Савицкий. Тот сказал, что работает в белорусском посольстве. Обычно он уходит на работу в деловом костюме, но в последнее время стал ходить в спортивном. И ездить на велосипеде».


Книга «Сын» не серийная — это самостоятельный роман. Там тема Беларуси возникает аж несколько раз.

«— Думаю, она была белоруской. Минск же в Беларуси, да?

Ровер поднял глаза, но парень не ответил.

— Нестор называл ее Минск, — сказал Ровер. — И приказал мне ее застрелить».


А потом возникает образ белорусского правителя.

«Симон посмотрел на шлюз, где мужчина в форме и форменной фуражке, которая очень бы понравилась белорусскому президенту, стоял и барабанил пальцами по металлическим дверям».



Джоан Роулинг

Лишний раз представлять автора «Гарри Поттера» не приходится. Это сказка бьет рекорд за рекордом. Мало что может сравниться с ней в популярности. В книге «Гарри Поттер и Орден Феникса» преподаватель Рубеус Хагрид делится своими впечатлениями от путешествия по Европе с Гарри и Гермионой.

«А после этого рискнули малость поколдовать и добрались благополучно. Наткнулись на пару сумасшедших троллей на польской границе, и в минской пивной с вампиром малость повздорил, а так все прошло как по маслу».



Софи Оксанен

У нее яркая и запоминающаяся внешность. 40-летняя финская писательница эстонского происхождения — одна из самых молодых претенденток на Нобеля. Оксанен — активистка ЛГБТ-движения, она нещадно критикует путинскую Россию, а также Советский Союз. Не удивительно, что книги Оксанен по-русски если и выходят, то совсем малыми тиражами.

Книги Оксанен о истории Эстонии, ее прошлом между сталинизмом и нацизмом. Книга «Очищение» — о коллективизации и ее последствия, которые удалось разрулить только в начале 1990-х. Вот эпизод из 1986 года, когда взорвался Чернобыль.

«У них напрочь исчез цемент, потому что он был нужен Украине. Из Беларуси и из Украины стало поступать больше продуктов, чем раньше. Талви мать запретила покупать их. Та согласилась, что это разумно. Но что же другое можно купить?»


Роман «Когда исчезли голуби» — про Вторую мировую войну. Наши современные авторы, кстати, игнорируют эти темы — репрессий, войны. А это то, что может заинтересовать мир. Два двоюродных брата занимают различные стратегии выживания и во время нацистов, и во время Советов. Партс (Этгар) — один из них, он пошел на сотрудничество и с одним режимом, и со вторым.

«— Министерство внутренних дел порекомендовало Минск. Не так уж это и далеко, — сказал Партс.

— Вам не стоит беспокоиться, новые психиатрические больницы оснащены наилучшим образом. Ваша жена получит самый лучший уход».



Милорад Павич

Балканская школа магического реализма неповторима. Главным в этом ряду стоит, безусловно, Милорад Павич, но читать еще стоит Горана Петровича, Тео Обрехта и других. «Последняя любовь в Константинополе» — это роман-гадание, завязанный на картах Таро.

«И видел галлов в Беларуси, которые пожирали лошадиное мясо, и битву под Лейпцигом, и Наполеона на двух островах…» — так описываются события 1812 года.


Хосе Камило Села

Вторая мировая — это еще одна тема, в связи с которой постоянно возникают названия белорусских городов. Они звучат в книге «Третий Рейх» чилийца Роберта Боланьо, когда герои играют в настолку на основе событий той войны.

Классический роман испанского писателя Камило Хосе Селы «Улей» о Мадриде времен войны, точнее, о посетителях одного кафе, которые удивительным образом переплетены между собой.

«Ромула в своем букинистическом магазине читает газету.

«Лондон. Московское радио сообщает, что несколько дней назад в Тегеране состоялось совещание между Черчиллем, Рузвельтом и Сталиным».
— Ах, этот Черчилль! Чистый дьявол! Столько лет старикашке, а носится по всему миру, будто мальчишка!

«Главная ставка фюрера. В районе Гомеля, на центральном секторе Восточного фронта, наши войска оставили пункты…»

— Эге! Сдается мне, дела у них идут чем дальше, тем труднее!»

Заметили ошибку нажмите Ctrl+R

Читайте также

Новости других СМИ

Дорогие читатели, в дискуссиях на нашем сайте все чаще стали проявляться нарушения правил комментирования. Троллинг, флуд и провокации затопили вдумчивые и остроумные высказывания. Не имея ресурсов на усиление модерации и учитывая нюансы белорусского законодательства, мы решили без предупреждения отключить комментирование. Но присоединяйтесь к обсуждениям в наших сообществах в соцсетях! Мы есть на Facebook, «ВКонтакте», Twitter и Одноклассники