Душить инфляцию в объятиях тунеядцев

Кирилл Нежданский, "БелГазета"

Иллюстративное фото
Почему в Беларусь пришла дефляция и как мы её встретили.

Белорусы долго жили по инфляционной потребительской модели (много дешевых денег, быстро растущие цены) - плевались, проклинали ее, ждали очередной девальвации, бегали в обменник, выносили ассортимент целых торговых сетей в соседних государствах, но в итоге как-то приноровились. В июле в Беларуси впервые зафиксирована дефляция: деньги дороги и их не хватает, цены обнаруживают тенденцию к снижению. Естественно, выбор между инфляционным и дефляционным сценариями в ближайшей перспективе во многом зависит от общей траектории восстановления экономики.

«БелГазета» еще в 2012-13гг. обратила внимание читателей на дефляционные тенденции в ЕС - у нас все дорожает, у них все дешевеет, неудивительно, что сотни тысяч наших рачительных соотечественников, отправляясь на шоппинг в Польшу или Литву, везли обратно даже стиральный порошок и туалетную бумагу. Последние полгода-год белорусский потребитель мог на своей шкуре почувствовать плюсы и минусы европейского дефляционного опыта, благодаря чему стал ездить за рубеж реже и вообще сократил покупки. Наконец, этим летом дефляция официально была зафиксирована и в нашей стране.

Справка «БелГазеты». По данным Белстата, индекс потребительских цен (ИПЦ) на товары и услуги в июле в сопоставлении с июнем 2017г. составил 99,9%, с декабрем 2016г. - 103,3%. Базовый ИПЦ, исключающий административные и сезонные колебания, в июле по сравнению с июнем составил 100,4%, с декабрем 2016г. - 102%. Продтовары в июле подешевели на 0,7% по сравнению с июнем и подорожали на 3,5% относительно декабря 2016г. Цены на непродовольственные товары выросли на 0,4% по сравнению с июнем и на 1,4% по сравнению с декабрем. ИПЦ на услуги в июле составил 100,6% к июню и 105,8% к декабрю.

Спрос прижали безденежьем, цены - падением спроса. Это нормальные последствия жесткой кредитно-денежной политики: хочешь или не хочешь, но расходы приходится урезать вслед за доходами, поэтому нет денег, чтобы переплачивать за товары и услуги (а то и просто приобретать их). Однако июльская дефляция в РБ - пока единичный показатель, а не оформившаяся долгосрочная тенденция. Десятилетиями потребитель приучался к противоположному сценарию: сначала государство закачивает средства в ключевые отрасли, затем свои 500 у.е. получают на руки граждане, после чего стартует инфляционное ралли с неизбежным финишем - девальвацией. Инфляционные ожидания остаются достаточно высокими, однако гораздо хуже то, что они волей-неволей провоцируют инфляционные тенденции в экономике.

ЦЕНЫ, СТОЯТЬ!

Правительство недвусмысленно связывает состояние потребительского рынка с социальным самочувствием - в 2015-16гг. люди чаще жаловались чиновникам на рост цен, чем на падение доходов. Еще недвусмысленнее инфляционный фактор довлеет над судьбой пакета документов по стимулированию деловой активности - растущая конкуренция во многом призвана не только увеличить предложение, но и сбить рост цен и инфляционных ожиданий. Начало осени - самое время поэкспериментировать.

Министр экономики Владимир Зиновский настойчиво повторяет в интервью последних недель, что не видит предпосылок для роста цен: «Мы для себя планку поставили, что цены не будут расти без определенной необходимости, потому что должна быть конкуренция на рынке. Мы очень за этим наблюдаем. У нас МАРТ хорошо работает в плане ценообразования. Дается жесткая оценка, если вдруг кто-то нарушает антимонопольное законодательство. Не надо ждать роста цен!». Восстановление потребительского спроса сопряжено с риском роста инфляционного давления, способного перечеркнуть достижения Нацбанка последних лет. Поэтому спрос норовят придержать до того момента, когда на рынок хлынет окрыленный либерализационным пакетом малый и средний бизнес, долю которого в ВВП правительство грозится довести до 40%. Только после этого гражданам можно раздавать по 500 у.е. и наблюдать за их дальнейшим поведением.

Нацбанк прогнозирует к концу года не более 7% роста ИПЦ. Начальник ГУ монетарной политики и экономического анализа регулятора Дмитрий Мурин в «Банковском вестнике» обращает внимание на торможение прироста потребительских цен до 6,5% по итогам II квартала: «Это чуть выше, чем в марте 2017г., когда инфляция составляла 6,4%... Небольшое увеличение связано с воздействием неблагоприятных погодных условий, которые привели к ускорению роста цен на плодоовощную продукцию. Только за май-июнь их прирост в годовом выражении вырос с 0,7% до 17,2%... Базовая инфляция во II квартале продолжила замедляться, достигнув в июне уровня 5,3%.

В целом динамика потребительских цен продолжает становиться все более однородной. Происходит поступательное смещение распределения приростов цен и тарифов в сторону увеличения доли позиций, цены на которые в годовом выражении не изменились либо снизились». Эта тенденция действительно имеет место, однако пока шквалистое белорусское ценообразование в полной мере не смогли обуздать ни МАРТ, ни Нацбанк. Отсюда и желание экономического блока перестраховаться перед лицом инфляционных ожиданий. Возможно, эти ожидания преувеличены. Но, обжегшись на молоке, начинают дуть даже на воду.

Справка «БелГазеты». По прогнозу ЕАБР, прирост ИПЦ в Беларуси достигнет 8% в 2017г., 6,9% в 2018г., 5,8% в 2019г. Обменный среднегодичный курс доллара к белорусскому рублю, согласно расчетам ЕАБР, составит BYN1,954 в 2017г., BYN2,104 в 2018г., BYN2,189 в 2019г.

ЗА ЧЕЙ СЧЁТ БАНКЕТ?

Как обычно, Беларусь выходит из кризиса за счет рядового потребителя. Рост экспорта аукнулся ростом ВВП, но почти никак не откликнулся на внутреннем рынке и в потреблении домохозяйств: признаки восстановления спроса по-прежнему слабы даже в Минске. Как констатирует в своем макрообзоре ЕАБР, «основными факторами стабилизации инфляционных процессов по-прежнему остаются слабая потребительская активность, умеренные темпы роста денежного предложения, относительная стабильность нацвалюты».

Позитивный сигнал потребительскому рынку авторы макрообзора усматривают в «постепенном восстановлении розничного товарооборота, прирост которого в мае достиг максимальных за последние годы значений и составил 2,9% по сравнению с маем 2016г.». По мнению аналитиков ЕАБР, это делает возможным во II квартале «выход в область положительных значений динамики расходов на конечное потребление после замедления падения до 0,6% г/г в I квартале т.г.» (-2,9% по итогам 2016 г.).

Однако обратим внимание на вывод экспертов о том, за счет чего блокируются инфляционные поползновения и подмораживается спрос: «Сдерживающим восстановление потребительского рынка фактором остается продолжающееся сокращение реальных располагаемых денежных доходов населения, которые в январе-апреле 2017г. сократились на 1,5% по отношению к соответствующему периоду предыдущего года». На эту цифру «БелГазета» обратила внимание еще в мае, когда премьер-министр Андрей Кобяков самокритично признал, что из 7 ключевых индикаторов прогноза «не выполнен только один показатель - по реальным располагаемым денежным доходам населения - 97,8% к уровню прошлого года». А ведь в прошлом году доходы тоже сокращались. Да и в позапрошлом… И длится это затягивание поясов уже третий год.

Тунеядские бунты февраля-марта 2017г. спровоцированы не столько декретом N3 (при всем административно-фискальном безумии его первой редакции) и даже не столько борьбой с инфляцией за счет кошельков населения, сколько экономическими практиками двух предыдущих десятилетий. Именно эти практики сделали неизбежностью и инфляцию, и ужесточение кредитно-денежной политики, и ручную ревизию рынка труда с отловом тунеядцев, и попытку одним махом снести возводившиеся годами перед бизнесом административные барьеры.

Подписывайтесь на нас

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Читайте также

Новости других СМИ

Дорогие читатели, не имея ресурсов на модерацию и учитывая нюансы белорусского законодательства, мы решили отключить комментарии. Но присоединяйтесь к обсуждениям в наших сообществах в соцсетях! Мы есть на Facebook, «ВКонтакте», Twitter и Одноклассники