"Если бы в Кремле верили, что Беларусь можно аннексировать без крови, они бы это сделали"

Виталий Цыганков, радио "Свобода" / перевод UDF.BY

Андрей Егоров. Фото: svaboda.org
Гость «Интервью недели» - директор Центра европейской трансформации политолог Андрей Егоров. Он отмечает, что конфронтация - единственный путь для сегодняшней России заставить других с собой считаться. Размышляет, как Кремль может попытаться приструнить Беларусь. И объясняет, что означает, почему «Москва любит ушами».


Ни экономически, ни технологически Россия не может конкурировать с развитыми странами

- Выборы президента России были чисто формальным событием, так как победитель в них был заранее известен. Но для политических аналитиков это стало определенной вехой, так как многие обозреватели считают, что после выборов политика Кремля приобретет определенные новые черты. Согласны ли вы с теми, кто говорит, что новый срок Путина ознаменуется еще большее противостоянием с Западом и еще большей изоляционизм от остального мира?

- Машина политических технологий и манипуляций в России позволяет организовывать почти любой процент поддержки, необходимый этому политическому режиму. Поэтому я не думаю, что выборы каким-то существенным образом будут менять тот курс России, который был выбран Путиным, и продекларированный в его знаменитой мюнхенский речи. Где он поставил задачу возвращения России в мировые лидеры, и потом мы видим все действия от Грузии до Украины и Сирии.

Это такая агрессивная политика, направленная на обострение конфронтации, и таким путем Россия вынуждает разговаривать с собой. И у Москвы нет никаких других возможностей реализовать эту миссию, декларируемую Путиным, кроме агрессивных военных действий, провоцирование конфликтов, нагнетание противостояния с Западом. Ведь ни экономически, ни технологически Россия не может конкурировать с развитыми странами. Поэтому это остается единственным шансом занять то место, которое Путин видит для России на международной арене.


Кремль может попытаться приструнить Беларусь

- В этом смысле нас, конечно, больше интересует, как эта старая политика может видоизмениться в отношении Кремля к Беларуси. Возможно, руководство России будет требовать от своего ближайшего союзника стать в один антизападный ряд. Что на это может ответить Минск, как он может противостоять такому давлению?

- Очевидно, что Россия будет требовать большей лояльности от Беларуси. Во время электоральных периодов, важных для авторитарных режимов, они обычно не идут на обострение конфликтов, чтобы не создавать негативный для себя имидж. Но после таких периодов они могут идти на определенные шаги.

Кремль может попытаться приструнить Беларусь. Но симпатии российского общества к Беларуси достаточно велики. Споры между Россией и Беларусью часто негативно сказываются на лидерстве России в различных интеграционных объединениях. Поэтому Кремль выбирает для конфликтов такие периоды, когда есть возможности и ресурсы давить. И думаю, что такой момент будет, потому что Россия накопила довольно много нерешенных конфликтов.

Во-первых, Беларусь очень активно использует российский рынок для реэкспорта санкционных товаров. Во-вторых, Минск не очень лояльно относится к определенным чаяниям российского капитала на освоение эффективных белорусских предприятий. И, в-третьих, Беларусь не всегда лояльна к российским геополитическим шагам, не всегда поддерживает ту агрессивную политику, которую ведет Россия.

Конечно, Россия хотела бы исправить эту ситуацию, сделать Беларусь более лояльной, и это будет делаться. Но дальше нужно рассмотреть возможности и средства, которые есть в России. Я думаю, что если бы путинский режим верил в то, что Беларусь можно аннексировать без крови, без сопротивления на этой территории, то они бы это сделали. Но у них нет веры, что такая аннексия не приведет к дестабилизации в Беларуси и к сильному саботажу внутри самой Беларуси.

И они понимают, что если такое начнется, то исправление ситуации потребует значительных ресурсов. Поэтому Кремлю проще иметь довольно лояльную администрацию Лукашенко, который все же реализует значительную часть российских интересов здесь, чем стремиться к прямому установлению контроля, где им придется за все платить.

- Вы рассуждаете рационально и логично, что и должен делать профессиональный политолог. Но не стоит оставлять в этих рассуждениях определенное поле для иррациональных и даже контрпродуктивных шагов, которые нередко случаются в российской внешней политике? Можно ли рассматривать вероятность такого импульсивного и иррационального шага Кремля в отношении Беларуси?

- Безусловно, нельзя исключать полностью иррациональную линию поведения от «широкой русской души». Но я не думаю, что они не будут просчитывать определенные последствия таких «импульсивных шагов». Ведь любая попытка агрессии против Беларуси подорвет определенный консенсус, который Россия имеет на пространстве Евразийского союза.

Ведь как, например, Казахстан воспримет агрессивные действия против Беларуси? Приобрести Беларусь через какие-то нелегитимные действия - это значит потерять Казахстан. И поэтому стоимость содержания соседей очень возрастает. Хотя, конечно, нельзя никогда исключать иррациональных шагов Москвы.

Я думаю, что, скорее всего, Россия будет пытаться отобрать часть суверенитета этих стран (Казахстан, Армения, Беларусь) через наднациональные органы Евразийского союза.

Возможна большая унификация правил, попытка вернуться к идее введения единой валюты, интеграция финансовых и экономических систем и так далее.


Лукашенко очень хорошо чувствует, что Россия «любит ушами»

- Если смотреть на белорусскую внутреннюю политику с точки зрения присутствия России, то мы наблюдаем определенный поворот в отношении белорусской власти к годовщине БНР. Произошли задержания заявителей шествия, перенос установки памятной доски в честь БНР. Возможно, чиновники просто реагируют на последние высказывания Александра Лукашенко. Видите ли вы здесь внешнеполитический мотив: показать России, что власти Беларуси не будут слишком далеко заходить в признании национальных ценностей, которые Россия может воспринимать враждебно?

- Я думаю, эта составляющая сильно присутствует во внешнеполитической риторике Минске - учет интересов России и ориентация на то, что они там подумают. Лукашенко очень хорошо чувствует, что Россия «любит ушами». Поэтому можно делать почти что угодно, но говорить публично нельзя.

Поэтому Лукашенко будет поддерживать фактически некоторые вещи, связанные с независимостью Украины, а публично говорить, что Крым де-факто российский. То же самое и внутри страны. Можно разрешать признание БНР, делать шаги в направлении белорусизации, но говорить надо все равно, что мы стоим на страже российских интересов, что мы братья навсегда и так далее. И эта игра очень хорошо играется.

Конечно, для властей Беларуси признание БНР и вообще шаги в направлении белорусизации связаны с определенной опасностью того, что в этой среде концентрируется значительное количество тех, кто противостоит этому режиму. Поэтому предоставление большей свободы им - это предоставление большей силы своим противникам. Поэтому режим очень остерегается и использует эти ситуации для того, чтобы разделять и властвовать.

В ситуации с празднованием Дня Воли властям необходимо было поссорить две части оппозиции, создать сильную конфликтную ситуацию. Они пытаются использовать более умеренные силы, чтобы их руками задушить более радикальную часть старой оппозиции.

Новости по теме

Новости других СМИ

Дорогие читатели, в дискуссиях на нашем сайте все чаще стали проявляться нарушения правил комментирования. Троллинг, флуд и провокации затопили вдумчивые и остроумные высказывания. Не имея ресурсов на усиление модерации и учитывая нюансы белорусского законодательства, мы решили без предупреждения отключить комментирование. Но присоединяйтесь к обсуждениям в наших сообществах в соцсетях! Мы есть на Facebook, «ВКонтакте» и Twitter