Презрительный оскал "социального" государства



Врачи из Могилева собирают деньги на подъемник в поликлинике.

В здании обычной районной поликлиники Могилева сотни пациентов, как и сам персонал — от врачей до санитаров и уборщиков, — фактически в заложниках.

В заложниках у трехэтажного здания. Здесь нет лифта, чтобы старики и люди с инвалидностью могли подняться к нужным врачам. И сотрудники поликлиники буквально таскают на руках больных по лестницам. Врачи несколько лет просили денег у чиновников — на строительство подъемника нужно 110 тысяч рублей. Но денег нет. Они стали скидываться на подъемник с зарплаты.

А затем работники поликлиники обратились в «Имена» с криком о помощи: собрать на подъемник на краудфандинге. «Все думают „а можа так і трэба“, — говорит главврач могилевской поликлиники Сергей Караев. — Люди не жалуются, они тихонечко страдают. Но я так думаю: если человек молчит, это не значит, что он заслуживает худшего обращения».

Нам было по-человечески очень жаль врачей и пациентов Могилева. Но сбор средств тогда мы не запустили. 4,5 месяца «Имена» занималась расследованием этой истории. В попытке найти решение мы так погрузились в общение с чиновниками — причем самого разного уровня — что поликлинике уже в следующем году могут выделить финансирование на строительства подъемника из госбюджета. Однако на этом история не закончилась.

— Нам нужен лифт! Это не дело! Больные должны смотреться в кабинетах, а не на улицах и в прихожих, лежа друг на друге, — бросает впопыхах хирург могилевской поликлиники Валерий Лазовик. Он бежит с первого этажа на второй. На первом этаже доктор принимает тяжелых пациентов, которые не смогли подняться по ступенькам. На втором — основную очередь по талонам.

Валерий разрывается между этажами: не работа, а беговая дорожка. Когда мы пытаемся задать ему вопросы, отмахивается — не время, наверху люди ждут.

Первый раз мы приехали в Могилевскую районную поликлинику еще в январе. Нам позвонила завхоз Ольга Масольд. Сказала, что невозможно смотреть, как люди тянутся по лестнице после инсульта или с переломанными ногами, вместо того чтобы комфортно подниматься на лифте. Просила о помощи.

Мы отправились разбираться, что это за диковинка такая — поликлиника без лифта в 2018 году.
1 из 13
Загурак Игорь (на коляске) пытается попасть к врачу на второй этаж. После черепно-мозговой травмы у Игоря нарушена работа опорно-двигательного аппарата. Без помощи работников поликлиники он не может подняться на нужный этаж. Все фото: Александр Васюкович, Имена


Лифта нет — людей носят на руках

Возле регистратуры стоит Владимир Андреевич Жуков. Под руку его придерживает дочка. Сбоку страхует зять. Дедушке 82 года. В декабре он заболел — воспаление межпозвонковых дисков. В поликлинике ему нужно сдать кровь, а еще зайти к хирургу — это на втором этаже. Потом забраться на третий — к терапевту и окулисту. Подняться Владимир Андреевич не может — спина болит от каждого резкого движения, какие уж тут ступеньки!

— Поликлинике нужен лифт! — говорит его дочь. — Раньше подняться папе помогал муж, но в последнее время стало просто невозможно, такие у него боли. Теперь врачи, кто может, спускаются на первый этаж в специальный бокс для таких тяжелых больных, как отец.

Специальный бокс — это тесный кабинет, где работают сразу несколько врачей. Вынужденная мера. На кушетке лежит мужчина, которого осматривает хирург, и одновременно пациенту делают кардиограмму. Рядом, за столом, терапевт выписывает рецепты бабушке. Окулист, невролог вместе с двумя пациентами ждут своей очереди в тамбуре.

— Естественно, это неудобно, — говорит офтальмолог Оксана Павлова. — Ходить с третьего этажа на первый, чтобы принять тех, кто не может подняться, — это время. Простоять тут я могу десять минут, а могу и полчаса. А сверху у кабинета меня ждут люди, целая очередь. Кроме того, тут, внизу, я не могу полностью посмотреть пациента — всё оборудование в кабинете. Качество осмотра, соответственно, падает.

Могилевская районная поликлиника № 11 обслуживает все деревни в радиусе 50 километров. За ней закреплено 27,5 тысячи человек. Из них 1 786 — это люди с инвалидностью, 490 — пожилого возраста и еще 70 — ветераны войны. Но лифт нужен не только им. Есть еще пациенты после операций, лихачи с переломами и родители с детьми в колясках.

Поликлиника обслуживает четыре участковые больницы, семь амбулаторий и 18 фельдшерско-акушерских пунктов. Все пациенты едут в 11-ю поликлинику, потому что только здесь можно пройти УЗИ и рентген, а еще здесь работают узкие специалисты — инфекционист, лор и невролог. Обычно больницы привозят своих пациентов централизовано — в четверг. Его называют «социальным» днем.

Врач не всегда может спуститься на первый этаж к тяжелому пациенту. Если для осмотра нужно специальное оборудование (аппарат УЗИ, рентген, лаборатория и др.), никто его с третьего/второго этажа на первый не спустит. Приходится поднимать больных.

С утра и до самого обеда в поликлинике не протолкнуться. Все стараются попасть к доктору как можно раньше, потому что вечером можно не вернуться в родную деревню — если, например, в Дашково маршрутки ходят каждые полчаса, то в Сухари — автобус едет два раза в день. Из Городища или Семуковичей дизель отходит в шесть утра, а возвращается назад в два. Не успел закончить дела до обеда — ищи, где переночевать в Могилеве.

«Ответственная за подъем» — санитарка Валентина Николаевна — ловит всех тяжелых пациентов на входе и предлагает помощь. Подставляет плечо и страхует на лестнице. Или ведет в бокс. Или помогает родственникам держать стул, если те отважились поднимать пациента на верхние этажи на руках.

Одна Валентина человека не утащит, поэтому в поликлинике привлекают к подъему всех мужчин, что попались под руку: сторож, дворник, сантехник…


Главврач и завхоз объединяются, чтобы построить подъемник

— Последний раз поликлинику перестраивали в 1972 году, но лифт так и не построили, — говорит завхоз Ольга Масольд. — Потом вроде хотели, но времена были тяжелые. В 80-е люди думали: построили, и уже хорошо, а до третьего этажа можно и на коленочках долезть. Потом начались лихие 90-е, денег вообще ни на что не хватало. Дальше — перестройка. Опять тяжело. Но сколько можно списывать всё на это «тяжело»? Бесчеловечно и дальше не замечать мучений стольких людей.

Ольга ведет нас к главврачу Сергею Николаевичу Караеву. Последние два года они вдвоем пытаются решить проблему. Главврач вспоминает, что первая их идея была в том, чтобы поменять кабинеты местами: самые востребованные спустить вниз. Завхоз разработала план ремонта — на третий этаж подняли бухгалтерию и все технические помещения.

Вниз переместили педиатрию — чтобы мамам не приходилось тянуть вверх коляски. На первом этаже остались регистратура, инфекционное отделение, стоматология, кабинет, где стерилизуют трубки и колбы, и гардероб. Перенести их нельзя: регистратура должна быть у входа, а у инфекционного отделения, по санитарным правилам, должен быть отдельный выход на улицу.

— Для каждого кабинета нужен свой размер и своя планировка. Своя особая вентиляционная система. Надо бы спустить рентген-кабинет, но он такой огромный, что внизу не поместится, — говорит Ольга Масольд. Главврач и завхоз посчитали, что переделка системы вентиляции обойдется минимум в 150 тысяч рублей. К этому надо добавить косметический ремонт всех кабинетов — еще по тысяче рублей на каждый. Обсудили цифры и поняли, что оптимальное решение — построить на улице внешнюю подъемную платформу. Такие лифты делает местное предприятие «Могилевлифтмаш». Обойдется строительство лифта в 110 тысяч рублей.

«Могилевлифтмаш» скидки для поликлиники не сделал. Деньги на подъемник Ольга и Сергей попросили у города, но бюджет так и не увеличили. А Ольга добавляет, что денег нет ни только на их поликлинику — одна из сельских амбулаторий вообще сдает коня (!) в аренду на посевную, чтобы за вырученные деньги отремонтировать крышу.

Чтобы с чего-то начинать, стартовую сумму собрали сами работники поликлиники. Некоторые советовали завхозу и главврачу не баламутить воду. Но Ольга и Сергей Николаевич не сдались. Они стали отправлять письма бизнесменам. Отозвался «Стройтрест № 3» — перечислил 15 тысяч рублей на проектно-сметную документацию. Так дело сдвинулось с мертвой точки, но денег всё равно было недостаточно.

— Почему вы не бросили всё? Люди же не бунтуют, — говорим главврачу.

— Все думают «а можа, так і трэба». И сельчане не жалуются. Они тянут тихонечко, страдают, но тянут. А я так думаю: если человек молчит, это не значит, что он заслуживает худшего обращения. Медицина на то и нацелена, чтобы улучшать самочувствие людей. Поэтому мы надеемся, что, несмотря на отказы, всё у нас получится.


В каждой пятой районной поликлинике нет лифта

Сергей Николаевич вместе со своими помощниками обратился в «Имена». Подумали: раз власти отказали, раз местные жители не поддержали, нужно выходить на Минск. Проектно-сметная документация, которую уже подготовили, действительна до весны 2019 года. Так что оттягивать со строительством подъемника нельзя: не успеют построить, «сгорят» и те деньги, что удалось найти.

Собрать 95 тысяч рублей на краудфандинге непросто, но, наверное, возможно. 15 тысяч рублей, напомним, на проектно-сметную документацию дал могилевский стройтрест.

Но мы задались вопросом: такая проблема существует только в Могилеве, или в других поликлиниках больным тоже не подняться на второй этаж и выше? Мы «поделили» в редакции области и обзвонили все 118 районных поликлиник.

Выяснилось, что в каждой пятой нет лифта.

Получается, можно «потушить пожар» в Могилеве. Но что делать с остальными? Так мы поняли, что проблема не локальная, проблема системная.

Всем поликлиникам мы задавали один и тот же вопрос: если нет лифта, как человеку с инвалидностью, пожилому или человеку с травмой попасть на верхние этажи? И выяснили, что из ситуации выходят по-разному:

- врачи спускаются на первый этаж,
- медики приходят на дом к пациенту,
- человека буквально на руках поднимают на этажи — и это самый распространенный случай!

Конечно, специальных «носильщиков» нет ни в одной поликлинике. Эту работу, если пациенту повезет, выполняет технический персонал. Но лучше позаботиться заранее и прийти со своим человеком — родственником или соседом, чтоб уж наверняка попасть на обследование. При таких условиях прием к врачу напоминает квест. Мало достать талончик, нужно еще организовать сопровождение.

И речь идет не только о старых советских зданиях, но и постройках 90-х годов. Районная поликлиника в Свислочи, например, появилась в 1992 году, но лифта там никогда не было. И в ближайшее время не планируется. Только в 2017 году вступило в силу Постановление Совмина, что таких зданий вообще не должно быть: в эксплуатацию принимают объекты только с безбарьерной средой.

За время нашего расследования мы много общались с общественными организациями, представителями бизнеса, чиновниками. И чаще всего слышали, что лифты-подъемники в поликлиниках должно ставить государство. Люди готовы включиться, помочь, но глобально ответственность несут власти.

Более того. В Беларуси с 2007 года действует Государственная программа, которая обещает стране безбарьерную среду. Это уже третья госпрограмма, она растянулась до 2020 года. Цель все эти годы не менялась: в Беларуси должны быть созданы такие условия, чтобы человек с инвалидностью мог без проблем добраться от дома в любое место — на работу, в поликлинику, в университет.

А в 2016 году Беларусь приняла Конвенцию о правах инвалидов, которая гласит, что люди с инвалидностью должны иметь те же права и возможности, что и другие члены общества. Мы пообещали это не только своим гражданам, но и всему миру.


Долгое общение с чиновниками

За время действия госпрограммы с 2007 года на создание безбарьерной среды выделели более 100 миллионов рублей. Информации о том, как распределялись эти деньги, в открытом доступе нет. В планах было модернизировать более 25 тысяч объектов. Однако в районных поликлиниках проблема безбарьерной среды по-прежнему остается острой, за 11 лет действия программы денег на решение так и не нашлось.

«Имена» направили 11 обращений — во все облисполкомы, за исключением Минского (в Минской районной поликлинике лифт есть), а также в Совмин, Министерство труда и соцзащиты, Минздрав и депутатам верхней и нижней палаты парламента. Мы спросили: если работает госпрограмма, почему не хватает денег на подъемники? И как всё-таки эту проблему решать?

Больше месяца мы ждали информацию. Витебский облисполком не ответил до сих пор, хотя это нарушение закона (ст. 9.3 Кодекса об Административных правонарушениях). А вот, что отвечали «Именам» другие чиновники:

— При строительстве зданий на протяжении многих лет не предусматривались мероприятия по безбарьерному доступу, — пишет управляющий делами Брестского облисполкома Юрий Наркевич. — Их реализация в полном объеме в настоящее время затруднительна как по причине дефицита финансовых средств, так и по наличию конструктивных особенностей самих зданий, не позволяющих провести устройство пандусов и лифтовых шахт.

— Прием лиц с ограниченными возможностями по возможности организован на первых этажах зданий поликлиник и больниц, при необходимости госпитализации указанные лица размещаются в палатах для этого приспособленных, — говорит начальник управления здравоохранения Гродненского облисполкома Андрей Стрижак.

— Отсутствие лифтов в поликлиниках компенсируется трудом санитарных работников, которые осуществляют перемещение на носилках лежачих пациентов, при невозможности поднятия в кабинет врача пациент осматривается врачом на первом этаже в доврачебном кабинете, — отмечает зампредседателя Могилевского облисполкома Андрей Кунцевич. — Установка лифтов требует значительных финансовых затрат и возможна только при проведении реконструкции поликлиник. На проведение мероприятий по созданию безбарьерной среды в учреждениях здравоохранения Могилева и Могилевского района на 2016–2018 годы финансовые средства не предусмотрены.

— Реализация подпрограммы 4 (о безбарьерной среде — прим. ред.) в 2016 году признана высокой, — ответил на наш запрос заместитель министра труда и соцзащиты Александр Румак.

Когда смотришь на цифры в госпрограмме, понимаешь, что о лифтах в поликлиниках как будто никто и не думал. Подъемник в Могилевской поликлинике стоит 110 тысяч рублей. Из бюджета в этом году на всю безбарьерную среду в регионе планируют выделить 52,3 тысячи. На весь регион! В облисполкоме нам прямо сказали, что денег на подъемник нет:

— Бюджет на 2018 год сформирован и утвержден. Выделить дополнительные средства для установки лифтов в Могилевской поликлинике № 11 не представляется возможным, — ответил «Именам» зампредседателя облисполкома Андрей Кунцевич.

Или возьмем Брестскую область. Здесь вообще весь бюджет на пятилетнюю программу меньше, чем стоит один подъемник, который удалось установить в Малоритской больнице. Бюджет — 118,7 тысяч рублей, пристройка с лифтом — 119,8 тысяч рублей. Местные власти, кстати, сами искали и нашли на это деньги.

На вопрос, как деньги на такие объекты в принципе распределяются, однозначного ответа от чиновников мы тоже не получили. Только из ответа Брестского облисполкома можно понять, что финансирование безбарьерной среды идет по остаточному принципу. В бюджете есть так называемые «защищенные статьи»: покупка лекарств, продуктов, оплата коммунальных услуг и зарплата медработников. Сначала нужно закрыть эти вопросы. Оставшиеся деньги можно направлять и на безбарьерную среду. Вот только остается ли хоть что-нибудь?

Мы спрашивали об этом все названные выше ведомства, но получили цифры только из Бреста — в 2016 на создание безбарьерной среды из программных средств использовали 21,4 тысячи рублей, в 2017 — 21,8 тысяч рублей, на 2018 год планируют использовать 18,9 тысяч рублей. Остальные чиновники вопрос о выделенных средствах проигнорировали.


Три способа решить проблему

О том, что в Беларуси существует проблема с финансированием объектов по созданию безбарьерной среды уже отмечал Госконтроль. Но только ли в финансах дело? Мы рассказываем историю про могилевский подъемник постоянному координатору ООН в Беларуси Санаке Самарасинхе, который пять лет работает в Беларуси и уделяет много внимания безбарьерной среде. Спрашиваем, как же решать эту проблему в стране:

— Трагическая ирония. У нас в офисе стоит могилевский лифт, — встречает нас в офисе ООН Санака Самарсинха. — Раньше работал только со второго этажа. Людей с инвалидностью заносили на второй этаж, чтобы они могли дальше подняться в офис. Туалета для людей с инвалидностью не было. Никаких поручней. Но мы приложили усилия, и всё изменили.

Если же говорить про создание безбарьерной среды по всей стране, то это — постепенный процесс, подчеркивает собеседник. Во главе должно стоять государство. Общественные организации, бизнес и международные организации подключатся вслед. Евросоюз также активно поддерживает создание безбарьерной среды. Уже сегодня ООН участвует в создании инклюзивной среды в каждом третьем районе Беларуси. Готовы помогать и дальше. Но государство, конечно, должно иметь четкий план действий.

По мнению Самарасинхи, на уровне страны решить надо три задачи:

- оценить, сколько объектов надо модернизировать в принципе, и открыть обществу информацию о том, какие это здания, объекты, сооружения и т. д.,

- сколько денег на всё это есть и как/в какой очередности они распределяются — это должно быть понятно всем,
откуда эти деньги брать. Можно активно привлекать и общество, и бизнес, которые включатся в этот процесс, если им это будет выгодно и интересно. Значит, нужны налоговые льготы.

Спланировать надо всё так, чтобы было понятно, как и когда эта проблема решится в идеальном варианте (долгосрочное решение). И что мы предложим людям, которым нужна помощь прямо сейчас и которые не могут ждать 2020 или 2030 года: краткосрочные и среднесрочные решения.

То, что сейчас в районных поликлиниках врачи бегают к пациентам сверху вниз, или санитарки со сторожами и сантехниками тащат пациентов на руках наверх, — в принципе, хоть и с натяжкой, можно назвать краткосрочным решением. То есть людям не отказывают в базовых медицинских услугах. Но этого мало. Очевидно, что пока люди не могут попасть к врачу, не теряя чувства собственного достоинства.

Пока нет и глобального понимания, как проблема безбарьерной среды будет решаться дальше во всей стране. Инвентаризация объектов проводится, но в открытом доступе данных нет. Нельзя просто так взять и посмотреть на сайте Шкловского, к примеру, райисполкома, какие объекты в районе нужно сделать безбарьерными, а какие доведены до ума.

А эти данные важны хотя бы для тех, кто хочет и может помочь. Лишь время от времени в новостях и на сайтах ведомств появляются отрывочные новости-отчеты: поставили пандус там, сделали безбарьерную среду на таком-то туристическом объекте. Но среда — это не пандус или один лифт.

Информации о том, сколько на это потратили денег из бюджета, в открытом доступе тоже нет. Как и отчетов общественных организаций, которые сегодня входят в Республиканский межведомственный совет, значит, «контролируют» создание безбарьерной среды в стране.

Чтобы механизм заработал по всей Беларуси, представители власти должны увидеть за подъемником проблему конкретных людей. И начать ее решать. Мы рассчитывали, что такими «решателями» могли бы стать депутаты парламента, у которых есть полномочия и принимать бюджет, и менять законы, и представлять интересы избирателей.

Людмила Макарина-Кибак — известный в Беларуси отоларинголог. Когда она баллотировалась в Палату представителей, обещала заботиться о правах людей с инвалидностью. На наше письмо она не ответила по сути: отправила все вопросы в Минздрав и Минтруда, куда мы и так, конечно, обратились.

А бывший главврач минской больницы скорой помощи Виктор Сиренко, который сегодня — сенатор, и вовсе ничего не ответил на наш запрос. А когда мы ему позвонили, просто бросил трубку.


Нужно, чтобы чиновники увидели за подъемником проблемы конкретных людей

Что делать людям в районных поликлиниках прямо сейчас, по-прежнему непонятно. Пенсионеру Федору из поселка Махово, который после инсульта вынужден откладывать поход к врачу, пока не найдет того, кто поможет ему подняться к терапевту? Или окулисту Оксане, которая разрывается между двумя очередями — из тех, кто поднялся на «эверест», и тех, кто не смог.

— Я хочу быть самостоятельным. Хочу иметь возможность приезжать в поликлинику один. Пока в поликлинике нет лифта, мне надо постоянно искать людей, которые бы могли сорваться со своей работы и составить мне компанию. Я должен постоянно просить. Живу в долг. Летом приехал к хирургу, чтобы показать пролежень, который начал развиваться. Мне повезло — доктор спустился на первый этаж, посмотрел меня там. Но так бывает не всегда, — говорит Дмитрий. Ему 34 года, он перестал ходить после ДТП — травма позвоночника. Говорит, каждый подъем в поликлинике для него — унижение.

— Не-воз-мож-но! — растягивает Валерий Александрович, инвалид второй группы «по сердцу». Пришел к терапевту. — Мне 80 лет, и я вам зуб даю, этот лифт тут не построят никогда. Конечно, по лестнице ходить нелегко. Надо делать остановки. Задыхаться стал в последнее время. Но что делать? Надо терпеть. Разве есть другой выход?

Главврач Сергей Караев и завхоз Ольга Масольд намерены довести дело до победного:

— Мы в нашей поликлинике одни из первых в области установили пандус. И тогда тоже в бюджете денег не было — мы нашли вне бюджета. Проблему всегда можно решить, просто нужно время и настойчивость.

Пока мы готовили материал, ситуация начала меняться. Могилевской поликлинике №11, по нашей информации, уже в следующем году могут выделить финансирование на строительства подъемника из госбюджета. Вице-губернатор Андрей Кунцевич заверил «Имена», что «при формировании бюджета на 2019 год будет рассмотрен вопрос об установке лифта (в Могилевской районной больнице — примечание редакции) при наличии финансирования».

Мы искренне надеемся на то, что деньги на этот подъемник всё же найдутся. Как, например, нашлись на «Триумфальную арку» к 750-летию города Могилева, которую устанавливают прямо сейчас. Строительство оценили в 1,5 млн рублей. Этих денег хватило бы на 15 лифтов!

«Имена» работают на деньги читателей. Вы оформляете подписку на 3, 5, 10 рублей в месяц, а мы находим новые истории и помогаем еще большему количеству людей. Выберите удобный способ перевода — здесь. «Имена» — для читателей, читатели — для «Имен»!

Новости по теме

Новости других СМИ

Дорогие читатели, в дискуссиях на нашем сайте все чаще стали проявляться нарушения правил комментирования. Троллинг, флуд и провокации затопили вдумчивые и остроумные высказывания. Не имея ресурсов на усиление модерации и учитывая нюансы белорусского законодательства, мы решили без предупреждения отключить комментирование. Но присоединяйтесь к обсуждениям в наших сообществах в соцсетях! Мы есть на Facebook, «ВКонтакте», Twitter и Одноклассники