Знак переноса как следствие диалога с пластилиновой куклой

Александр Федута, belsat.eu

Александр Федута
Как и предполагали многие досужие наблюдатели, никакой бумаги президенты не подписали.

Дело не в митинге в Минске. Дело во внутренней установке, с которой президенты встречались. Один понимал, что отступать ему некуда, другой – что в принципе без какой-либо бумаги он в принципе может обойтись. Поэтому один держался, как тот «юнак на дапросе», а второй особо, как можно предположить, и не настаивал. И не давил. Скорее – опять-таки, по нашему предположению – давили на него. Но российская политика в отношении к Беларуси никогда не была твердой – она была, скорее, вязкой. Ну, ткнешь в нее (в Россию) или в него (в Кремль) пальцем, ну, останется след. Но ты ничего не сломал, не разрушил – даже если проткнул насквозь. Как с пластилиновой куклой.


И вот ты сидишь и смотришь на пластилиновую куклу. Или даже тычешь в нее пальцем. Но все без результата. Пластилиновая кукла не чувствует твоего гнева, твоей боли, не слышит тебя. Она сидит напротив – как вышедший из моды «Ждун», а ты распинаешься, говоришь о братских чувствах, о военном союзе, о предстоящих, наконец, президентских выборах. А она (он? оно?) сидит и молчит.

И так – пять часов подряд.

И даже если он (оно? она?) вставляет что-то маловразумительное вроде «Ах, да», «Мне говорили», «Конечно, конечно» — ситуация от этого измениться не может. Потому что год назад – когда был шанс, что политика будет твердой, а значит, была надежда ее сломать (сломить? переломить?) – он сам предложил бесконечные изматывающие согласования, которые закончились в точности тем, с чего начались. С «ультиматума Козака».

Потому что и на этот раз вышел Козак и сказал, что…

Ах, да… Кажется, никто ничего не сказал. Пообещали, что скажут что-нибудь 20 декабря. И что прогресс, простите за неприличное выражение, наметился.


Белорусско-российские переговоры. Сочи, 7 декабря 2019 года. Фото Mikhail Klimentyev/Kremlin

Но пластилин до 20 декабря не размякнет и не отвердеет. Он останется тем же, потому что температура отношений не изменится. И тогда – что делать?

Вчера всем – и ему, нашему «первому», у которого «пул», — казалось, что самое главное – сыграть роль пленника, который не может пойти против взявшего его в плен народа. Но вот народ свою проблему решил – до 20 декабря, а «наш» свою – нет. Даже до 20 декабря. Потому что вопросы остались.

В бюджет 2020 года уже заложены новые цены на нефть и газ?

Что будет с анонсированным накануне министром финансов повышением заработной платы бюджетникам?


Александр Лукашенко на переговорах с Владимиром Путиным. Сочи, 7 декабря 2019 года. Фото Mikhail Klimentyev/Kremlin

Тут кто-то говорил о необходимости полностью оплачивать коммунальные услуги? Мы уже вплотную подошли к этому, или благодеяния правительства продолжатся, и жировка останется на прежнем уровне?

Это не наши вопросы. Нам не дают о них задумываться. Бюджет принимается депутатами практически без боя; переговоры, в результате которых определяются цены на энергоносители, ведутся за закрытыми дверями, и чем мы платим за устраивающую нашу власть цену, мы так и не узнаем. Ну, коммуналка… Откуда они там, наверху, вообще взяли, что мы все еще не платим за коммуналку все 100 %? Они расчеты свои нам показывали? Они говорили нам, как они экономят? И если не говорят, то почему требуют платить больше – на основании каких расчетов?

Собственно говоря, это не мы все эти вопросы задаем. «Первый» — тот, у которого целый «пул» — задает их себе. Потому что от ответа эти вопросы зависит ответ на его собственный вопрос: с чем он входит в 2020 год? С чем он пойдет на выборы? Он-то ведь – не пластилиновый.

Стоп. Я представляю себе редактора сайта, читающего этот текст и произносящего сакраментальное:

— Господин автор, не слишком ли много вопросительных знаков?

На самом деле, все эти вопросительные знаки – замена знака переноса. Потому что перенос окончательного решения проблемы в бесконечность – это знак того, что решения не существует в принципе.

А что должно измениться к 20 декабря? Почему все опять перенесли? Оппонент разогреется до такой степени, что его можно будет размазать по стенке и заставить сдаться? А разве это возможно? За пять часов ведь – так и не согрелся, не стал мягче.

И теперь все знают точно: 20 декабря может произойти лишь одно – полная сдача на милость пластилинового «Ждуна». Либо опять все перенесется в никуда и никогда.

Будем надеяться на последнее. Потому что следующий митинг могут и разогнать.
Статьи в рубрике "Мнение" отражают точку зрения исключительно автора. Позиция редакции UDF.BY может не совпадать с точкой зрения автора. Редакция не несет ответственности за достоверность и толкование приведенной информации

Подписывайтесь на нас

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Читайте также

Новости других СМИ

Дорогие читатели, не имея ресурсов на модерацию и учитывая нюансы белорусского законодательства, мы решили отключить комментарии. Но присоединяйтесь к обсуждениям в наших сообществах в соцсетях! Мы есть на Facebook, «ВКонтакте», Twitter и Одноклассники