Гозман: "Вариант с аннексией Беларуси не рассматривается Кремлём в ряду приоритетных"

Вадим Казначеев, для UDF.BY

Леонид Гозман
На дискуссии Экспертного клуба Центра «Европейский диалог» «План интеграции Кремля и Красного дома: план капитуляции Лукашенко или транзита власти Путина?» известный российский политик, председатель Союза правых сил Леонид Гозман рассказал, что, по его сведениям, Кремль рассматривает 4 приоритетных варианта транзита власти в 2024 году. Основным из них является, условно говоря, «казахский».

Но он не единственный.

Хотя «все они – тяжёлые».

При всех вариантах власти пугает потенциальное сопротивление людей и дестабилизация.

«Именно поэтому в России идёт наступление на Интернет, – заметил Леонид Гозман. – Соцопросы показывают: стремительно сокращается аудитория телевидения и стремительно возрастает аудитория Интернета. Но они не могут его запретить, у них не получается, все их запреты в Интернете легко обходят».


«Каудилья с елбасой»

I вариантом Леонид Гозман назвал переход к парламентской республике: у президента остаются символические полномочия, а реальная власть концентрируется в руках премьер-министра, которым и будет Владимир Путин.

Однако здесь учитывается то, что «депутаты Госдумы, какими бы лояльными они ни были – это живые люди, которые неизвестно как могут себя повести в какой-то сложной ситуации». А главное, как отметил Гозман, «очень напугала Армения, где Саргсян пытался реализовать этот вариант».

II вариант – снятие конституционного ограничения президента двумя сроками, которое, по словам Гозмана, «технически осуществить несложно». Но в этом случае ещё больше боятся антипутинских протестов.

III вариант – объявить чрезвычайное положение. Неважно, на каком основании: легализовать какую-нибудь из войн, в которых участвует Россия, либо сделать основанием сами массовые протесты. И президентские выборы вообще не проводить. Здесь ещё больше подводных камней – тем не менее, этот вариант рассматривается в числе приоритетных.

Наконец, IV вариант, который на сегодняшний день является основным – сделать как в Иране или Казахстане: сделать Путина «духовным лидером», а на президентский пост отправить преемника (правда, по словам Гозмана, здесь большие сложности с определением этой фигуры – но время ещё есть). «„Духовным лидером” (назвать можно по-разному), которого не избирают, он от Бога. И сейчас в Кремле очень внимательно присматриваются к опыту Казахстана: как там это пройдёт», – говорит Гозман.

От себя добавлю, что по сути этот же вариант провернули во франкистской Испании: генерал Франсиско Франко в 1973 году покинул пост главы правительства, оставшись «каудильо» (исп. вождь, предводитель).

Словом, с большой долей вероятности в качестве национального блюда российской политической кухни сварганят какую-то «каудилью с елбасой».


Воспринимают как «случайность»

Вариант же, связанный с аннексией Беларуси, в ряд приоритетных, по словам Леонида Гозмана, не входит. Но всё же он есть, и сбрасывать его со счетов не следует: мало ли что, сегодня как приоритетный не рассматривается, а как знать, что будет завтра. Поэтому акции за независимость Беларуси, считает Гозман, важны и нужны.

Представители демократических партий и общественных организаций Беларуси приняли обращение к гражданам России об угрозах, которые несёт в себе «углублённая интеграция» для обеих стран – Леонид Гозман одобрил эту идею: следует различать путинское государство и российское гражданское общество.

Вместе с тем, он отметил, что «многие в России воспринимают государства Украину и Беларусь как случайность». В разных слоях российского общества бытует мнение: прибалты всегда были чужие; среднеазиатские республики воспринимались всё-таки как колонии, потеряли – жалко, ну да ладно; а вот Украина и Беларусь – это же наше! Ничего фатального здесь нет, такие комплексы были и у других колониальных держав, потом отвыкли – отвыкнут и россияне, заключил Гозман.



Слезть с иглы

Аналитик Валерий Карбалевич подчеркнул:

«Европейские политики, американские политики посылают ясный сигнал: мы поддерживаем независимость Беларуси».


Известная журналистка Светлана Калинкина обратила внимание на положительные стороны конфликта между властями России и Беларуси:

«Отказ России дотировать белорусскую экономику – это вообще-то супер. Это как заставить наркомана слезть с иглы. Дешёвый газ, дешёвая нефть – это та самая ловушка, которая не даёт Беларуси нормально жить».


Большинство участников дискуссии скептически отнеслись к идее использовать на акциях за независимость наряду с бело-красно-белыми флагами ещё и бээсэсэровско-лукашенковские красно-зелёные. Что никак не исключает диалога с властями о защите независимости.


Вляпался в историю

Директор Центра «Европейский диалог» Анатолий Лебедько высказал мысль, что Лукашенко теперь думает о своей исторической роли, «о том, как он войдёт в историю, где портрет Лукашенко будет висеть в исторической галерее».

«Если бы Лукашенко думал о том, как он войдёт в историю, то ушёл бы в 2015 году», – возразил Карбалевич.

С моей же точки зрения, безусловным приоритетом Александра Лукашенко теперь, как и всегда, является его неограниченная, бесконтрольная и несменяемая власть. О сохранении которой он в первую очередь и думает. А вот в числе прочего, не первостепенного, наверняка он думает и о своей исторической роли – однако отнюдь не в том разрезе, чтобы войти в историю как демократический лидер.

Вышеупомянутый диктатор Франко думал и о своей исторической роли, и о будущем Испании, – только очень по-своему. Он реставрировал в Испании монархию (с вакантным местом короля, пока сам Франко жив), которая мыслилась им как тот же авторитарный режим. По воспоминаниям, когда Хуан Карлос I, которого диктатор назначил наследником престола, делал заявления о демократии, о необходимости соблюдения прав и свобод человека, Франко относился к этому снисходительно, поскольку не принимал эти заявления всерьёз: это всё, дескать, говорится для западных демократов, а на самом деле он знает, как надо управлять испанцами – никакой демократии. И лишь после смерти Франко король – с учётом воздействия и испанского общественного, и зарубежного – восстановил демократию.

Лукашенко, режим которого стоит на том, что он задушил в Беларуси зачатки демократии, вовсе не стесняется того, что он диктатор, что «диктатура – это бренд Беларуси», что здесь «последняя диктатура Европы». В историю он явно желает войти как «батька» (этим словечком, напомним, Лукашенко, с присущей ему скромностью, нарёк себя сам, впервые в передаче Караулова на РТР в 1995 году), который твёрдой рукой навёл в Беларуси порядок и выстроил государство по своей модели, реанимировав советскую систему в отдельно взятой постсоветской стране.

Как бы там ни было, Лукашенко уже давно в историю не то чтобы вошёл, но вляпался точно.

Заметили ошибку нажмите Ctrl+R

Читайте также

Новости других СМИ

Дорогие читатели, в дискуссиях на нашем сайте все чаще стали проявляться нарушения правил комментирования. Троллинг, флуд и провокации затопили вдумчивые и остроумные высказывания. Не имея ресурсов на усиление модерации и учитывая нюансы белорусского законодательства, мы решили без предупреждения отключить комментирование. Но присоединяйтесь к обсуждениям в наших сообществах в соцсетях! Мы есть на Facebook, «ВКонтакте», Twitter и Одноклассники