Лев Марголин: "Россия решила прекратить нефтегазовые игры с Лукашенко"


Лев Марголин
Дешевых энергоресурсов для Лукашенко уже не будет.

Стало известно, что Россия не дала согласие на поставку казахстанской нефти в Беларусь. Об этом Александр Лукашенко заявил вчера на совещании по экспорту нефтепродуктов.

За сутки до этого стало известно о покупке Беларусью небольшой партии нефти в Норвегии (80 тысяч тонн). По оценкам специалистов, норвежская нефть с учетом транспортировки из балтийских портов обойдется Беларуси гораздо дороже российской.

Напомним, что Россия с 1 января на государственном уровне прекратила подачу нефти для белорусских нефтеперерабатывающих заводов. Небольших поставок от частных компаний Михаила Гуцериева, о которых властям удалось договориться до конца января, хватает только на то, чтобы НПЗ работали в режиме минимальной загрузки.

Как могут дальше развиваться события на «нефтяном фронте» и чем это может закончиться для экономики Беларуси?


На вопросы Charter97.org отвечает экономист Лев Марголин.

- Как вы прокомментируете фактический запрет России на транзит по ее территории казахстанской нефти для Лукашенко?

- Становится очевидным, что Россия решила прекратить нефтегазовые игры с Лукашенко. Транзит казахстанской нефти через Россию – это практически создание самому себе конкурента, в чем Россия никак не заинтересована.

Кроме того, я так понимаю, и нефтепроводы достаточно загружены. Недаром даже в самые благополучные годы, нефть из России частично поступала в Беларусь железнодорожным транспортом.

То есть, Россия дала четко понять: хотите чего-то добиться – разговаривайте с нами, не ищите обходных путей в виде Казахстана или еще кого-то. По крайней мере, это касается маршрутов, связанных с транзитом через Россию.

- Нынешняя «нефтегазовая» война с РФ — далеко не первая, но так далеко в своих действиях Кремль еще не заходил. В чем особенность сегодняшнего конфликта?

- На мой взгляд, у этого конфликта есть несколько отличительных черт.

Первая — это ситуация в самой России. Жирные годы для России прошли, сейчас им самим приходится считать денежки. И поэтому разбрасываться ими направо и налево уже не приходится. Это первый момент.

Второй момент — это то, что истоки нынешней войны, они ведь не в каких-то политических неурядицах, не в каких-то «непонятках» между Россией и Беларусью. Они начались с так называемого налогового маневра, который в общем-то к Беларуси имеет опосредованное отношение. Это — стремление россиян упорядочить жизнь своих нефтедобытчиков и нефтепереработчиков, чтобы они более менее справедливо делились своими доходами с государством.

То, что под раздачу попала и Беларусь, на мой взгляд — это просто случайное явление. Белорусским властям предложили: «Хотите, чтобы этот налоговый маневр коснулся и вас – давайте интегрироваться. Не хотите – никто не мешает вам получать нефть по мировым ценам». Тем более, что с учетом транспортировки, даже если Беларусь будет покупать российскую нефть действительно по мировым ценам, она все равно будет дешевле, чем любая нефть, которую можно купить в другой стране.

- Поможет ли белорусским властям покупка небольшой партии норвежской нефти?

- Я думаю, что это больше демонстративное политическое действие. Потому что нет проблем с покупкой нефти, как нет проблем и с ее доставкой. Покупай, доставляй — как это делают другие страны. Как это делает, например, Япония, у которой вообще никакой собственной нефти нет, что не мешает и не мешало ей никогда развиваться.

Проблема заключается в том, что все делается для того, чтобы каким-то образом добиться льготных поставок из России. Пусть не таких, какие они были в прошлые годы — но все равно, чтобы была какая-то льгота для официального Минска.

Удастся ли этого добиться? Я, честно говоря, сомневаюсь, потому что Россия уже достаточно серьезно показала, что того, что было, больше уже не будет. И что каждая страна, которая считает себя независимой, суверенной, должна сама заботится о своих интересах, а не рассчитывать на чью-то «братскую» помощь.

- Специалисты отмечают, что в сегодняшней ситуации любая альтернативная нефть будет для белорусских властей дороже российской. Можно ли говорить о том, что время для диверсификации упущено?

- Я, наверное, скажу сейчас парадоксальную вещь, но я считаю что никакой альтернативной нефти Беларуси никогда не было нужно. Потому что, во-первых, никакой проблемы с альтернативной нефтью нет. Она продается свободно на рынке. На спотовом рынке можно сделать закупки, скажем так, наперед, с хеджированием рисков.

Можно делать все, что угодно: нефтяной рынок очень свободный и очень разветвленный. Но ни раньше, ни даже сейчас никто не может на этом рынке предложить Беларуси условия, хотя бы сопоставимыми с теми, которые у нас были при поставках из России.

Как говорится, нет дураков: если тебе сосед дает что-то за пол цены, то какой тебе смысл искать это где-то на стороне, ради страховки, если ты при этом прекрасно знаешь, что если вдруг сосед откажется тебе продавать за пол цены – ты спокойно пойдешь на рынок и купишь это по рыночной стоимости?

Другое дело, что наша нереформированная экономика, наши нефтеперерабатывающие заводы, которыми так любит хвастаться Лукашенко (они, насколько я помню, «реконструируются» без перерыва уже последние лет 20), такой возможности не дают.

Наши НПЗ так и не достигли глубины переработки, которой характеризуется лучшие европейские и американские заводы. Именно вот это и является самой главной проблемой. Потому что если выход нефтепродуктов из нефти хотя-бы на 1-2% ниже, чем у предприятий, которые есть в соседних странах, то соответсвенно и экономика этой переработки будет хуже на те же 1-2%, и рентабельность этих заводов будет ниже.

А если еще учесть, что эти заводы вынуждены продавать на внутреннем рынке нефтепродукты либо себе в убыток, либо без значительной прибыли, то становится понятной их зависимость от дешевой российской нефти. Потому что европейские заводы на европейском рынке продают нефтепродукты где-то примерно в 2 раза дороже, а то их больше. Но чудес на свете не бывает. Раз мы продаем дешевле, чем должны, это надо чем-то компенсировать.

Раньше это компенсировали именно тем, что исходная цена нефти для нас была гораздо дешевле. Сейчас эти времена прошли.

- Как могут развиваться события в связи с назначением в России нового правительства и изменениями в Конституции РФ? Можно ли говорить о закреплении более прагматичного подхода в Кремле к своему «союзнику»?

- Я считаю, что с приходом нового российского правительства ситуация для Лукашенко будет только ужесточаться.

Потому что если Медведев еще обладал каким-то политическим весом, какие-то решения мог брать на себя или, по крайней мере, высказывать свое мнение по этому поводу, то новое правительство будет чисто технократическим и все решения будет принимать с калькулятором в руках по принципу «выгодно – не выгодно».

И то, что продавать нефть в Беларусь по-дешевке не выгодно – это, как говорится, козе понятно. Поэтому здесь правительство РФ можно считать от этого дела уже отстраненным, и решения будет принимать лично Путин. Захочет он принять такое решение – примет, не захочет – не примет.

А чтобы он этого захотел, должны быть очень веские мотивы. Если помните, несколько лет тому назад Россия пыталась каким-то образом отжать у Минска более-менее ценные активы (речь шла и про Завод колесных тягачей, и про «Гродно Азот», еще про ряд предприятий), то сейчас об этом речь не идет. Сейчас даже об интеграции уже практически речь не идет.

Потому что изменения в Конституции РФ четко показывают, что Путин определился с механизмом трансформации, и Беларусь в этом механизме уже отошла на очень второстепенные позиции.

Поэтому чем можно убедить Россию, чтобы были какие-то льготы? Я думаю, что вряд ли это возможно для Лукашенко в нынешней ситуации.

- Как все эти процессы могут отразиться на экономике Беларуси с ближайшей перспективе. Какие риски наиболее вероятны?

- Отразится все это, конечно, отрицательно. Если не будет серьезных реформ – будет стагнация экономики. Стагнация – это такая вещь, которая может длиться годами. И для Беларуси вероятна даже не только стагнация, а большой шаг назад — такой, как произошел, например, в 2014 году, когда наш ВВП обвалился.

Народу придется как-то приспосабливается. Это и сейчас происходит: те, кто может, уезжают за границу на заработки. До уровня Молдовы в первом десятилетии XXI века мы еще не дошли. Так что «двигаться» у властей есть куда, но хорошего ничего из этого не будет.

- Назначая 20 января новых руководителей силовых ведомств, Лукашенко заявил о «трудных временах». Насколько трудны наступившие для белорусского правителя времена по вашей оценке?

- А разве бывали у него когда-то легкие годы? Легкие годы – это когда проведены необходимые реформы и страна стала на путь самоподдерживающегося рыночного развития. Вот тогда можно будет с облегчением вздохнуть.

А если 25 лет страна находится в режиме ручного управления, то, конечно, легких лет нет и не будет. Поэтому будет действительно трудно, но у нас всегда было трудно, и каждый из этой трудной ситуации выбирался как мог. На государство у нас очень мало кто сейчас рассчитывает.

Заметили ошибку нажмите Ctrl+R

Читайте также

Новости других СМИ

Дорогие читатели, в дискуссиях на нашем сайте все чаще стали проявляться нарушения правил комментирования. Троллинг, флуд и провокации затопили вдумчивые и остроумные высказывания. Не имея ресурсов на усиление модерации и учитывая нюансы белорусского законодательства, мы решили без предупреждения отключить комментирование. Но присоединяйтесь к обсуждениям в наших сообществах в соцсетях! Мы есть на Facebook, «ВКонтакте», Twitter и Одноклассники