«Молчать и прогибаться я не был готов». Уволился еще один преподаватель Военной академии

УШ, НН
3 ноября 2020, 15:59
Федор Кандиранда
42-летний подполковник Федор Кандиранда являлся преподавателем Военной академии с 2008 года. Преподавал тактику.

«Специфика Академии в том, что берут практиков, не имеющих педагогического образования. Я служил 5 лет в Слониме в 11-й механизированной бригаде, а педобразование получил уже позже, — объясняет Кандиранда. — А теперь так вышло, что пришлось оставить любимую работу. Не могу больше там оставаться по политическим причинам. Я готов был продолжать учить, но молчать и прогибаться я никогда не был готов».


До истечения срока контракта оставалось меньше года, но Кандиранда уверен, что его уволили бы по статье. Говорит, нашли бы за что.

«Жить с моей позицией мне бы не дали. Первоначально я написал заявление на увольнение по соглашению сторон. Это я сделал сразу после событий 9—11 августа, попросил уволить меня, потому что я не признаю объявленных результатов выборов. Открыто сказал: я так не могу, было превышение силы. Идти и бить свой народ, если будет приказ, я не готов. Считаю, что это был достойный офицерский поступок, — объясняет Федор Кандиранда. — Но, как мне сказали в отделе кадров, позиция Минобороны — чтобы всех увольнять по статье. И поэтому я получал взыскание за взысканием — и в итоге меня уволили за систематическое нарушение условий контракта, совершенное более двух раз в течение года».


Теперь Кандиранда не только безработный. Он еще должен работодателю, т.е. Академии, крупную сумму — 4690 рублей.

«Буду искать работу. Хотелось бы уйти в IT, ведь даже моя служба в армии была связана с компьютерами, я готовил виртуальную экспозицию музея, например. Немного знаю языки программирования, поэтому дальше хотелось бы учиться и работать в этом направлении. Делать мир лучше, — говорит уже бывший преподаватель. — Я женат, есть дочь. Жена меня поддержала. Да и решение уходить не было спонтанным, мы же видели, что происходило и перед, и во время выборов, а потом кульминацию — 9—11 августа. Из близких, к счастью, никто не пострадал, но знакомые пострадали. Уголовных дел на тех, кто бил и унижал, не возбуждено.

Я понимаю, что могут теперь самого меня отправить на сутки и что я, как любой гражданин, абсолютно беззащитен. Но чего бояться. «Не сидел — не белорус», — есть такая поговорка».


Кандиранда поделился своим мнением насчет инициативы Минобороны по «охране памятников от протестующих».

«То, что во время любой «бучи» армия шла на охрану почтамта, радио и других важных по мнению государства объектов — это нормально. Но ведь сегодня та часть народа, которая не согласна с выборами и выходит на улицы, она же не собирается осквернять никаких памятников. Люди же адекватные, они понимают, что такое война, что такое история наша. Поэтому с одной стороны, охрана военнослужащими стелы «Минск — город-герой» — это излишне. Но если Минобороны приняло такое решение, то пусть солдаты постоят, увидят, сколько людей выходит. Пусть увидят, что это не уголовники и проститутки, а нормальные адекватные люди, а часто даже родственники, и знакомые самих военнослужащих. Получается, это даже полезно. Идеологическая работа же в армии проводится такая, что «на той стороне» маргиналы, и очень многие верят в это и действительно так считают», — объясняет Федор Кандиранда.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Дорогие читатели, не имея ресурсов на модерацию и учитывая нюансы белорусского законодательства, мы решили отключить комментарии. Но присоединяйтесь к обсуждениям в наших сообществах в соцсетях! Мы есть на Facebook, «ВКонтакте», Twitter и Одноклассники

Новости других СМИ