Макея хотят обменять на шведского посла?

Макея хотят обменять на шведского посла?

Вопрос снятия визовых ограничений с чиновников из "черного списка" не увязывают с освобождением политзаключенных.

Об этом в интервью сайту charter97.org сообщил лидер гражданской инициативы "Европейская Беларусь" Андрей Санников.

16 марта кандидат в президенты Беларуси на выборах 2010 года, бывший политзаключенный Андрей Санников выступил на 8-м Брюссельском форуме - ежегодном международном мероприятии, на которое в столицу Бельгии съезжаются влиятельные политики из Европы и Северной Америки.

- Андрей Олегович, вы представляли Беларусь на Брюссельском форуме после двухлетнего перерыва, поскольку находились в тюрьме. Какие впечатления?

- Для меня это была особая конференция, потому что после долго перерыва увиделся с друзьями, которые переживали и за мою судьбу, и за мою семью, за то, что происходит в Беларуси. Я даже в тюрьме чувствовал их поддержку.

Впечатления очень противоречивые. Поскольку в Европе происходят очень динамичные процессы, даже в нашем регионе, в которых мы лишены возможности участвовать из-за диктатуры. Совершенно очевидно, что никакой роли Лукашенко в Европе не играет, хотя этого ему очень бы хотелось.

Беларусь застыла в мертвом времени, и это, мягко говоря, вызывает досаду. С другой стороны, можно отметить, что вопросы демократического развития, укрепления демократических институтов не отошли на второй план. Наоборот, события 2010 года в Беларуси, как мне кажется, подтолкнули евроатлантическое сообщество к более серьезному обсуждению ситуации в авторитарных и диктаторских странах. Ситуация в Беларуси повлияла и на создание в Европе нового фонда для поддержки демократии.

- В своем выступлении на форуме вы раскритиковали Запад в отсутствии стратегии в отношении ситуации в Беларуси. Это возымело эффект?

- Западные политики и сами признают, что стратегии нет. Есть какие-то шарахания с периодичностью в 2-3 года от ужесточения политики к смягчению. Мне удалось поговорить со многими влиятельными политиками, общественными деятелями, журналистами, аналитиками. Естественно, я обсуждал ситуацию в Беларуси, говорил о необходимости срочно освобождать политзаключенных и о том, что необходима стратегия демократического мира в отношении и Беларуси, и подобных ситуаций.

Вот как раз разговоры о стратегии были очень продуктивными, поскольку обсуждались не только вопросы реагирования на грубейшие нарушения прав человека в Беларуси, но и возможности влияния на саму ситуацию и инструменты, которыми располагает демократический мир. Эти обсуждения дали хорошую пищу для размышлений и, я надеюсь, продолжить их в ближайшее время.

- С кем вы встретились в Брюсселе?

- Были встречи с верховным представителем ЕС по внешней политике и политике безопасности Кэтрин Эштон, которой я рассказал, какому нечеловеческому давлению подвергаются политзаключенные в Беларуси и призвал принять еще более решительные меры, чтобы добиться их освобождения. Она подтвердила принципиальную позицию Евросоюза по вопросу политзаключенных.

Встречался и разговаривал я с президентом Эстонии Тоомас Хендриком Ильвесом, заместителем госсекретаря США Венди Шерман, с министром иностранных дел Литвы Линасом Линкявичюсом, министром обороны Латвии Артисом Пабриксом, бывшим президентом Сербии Борисом Тадичем, министром обороны Грузии Ираклием Аласания, председателем Комитета по иностранным делам Бундестага Рупрехтом Поленцем, с замминистра иностранных дел Польши Ежи Помяновским, руководителями американских и европейских аналитических центров и многими другими. Встреч было много.

- К чему склоняются европейцы в вопросе невыездного главы МИД Беларуси Владимира Макея?

- Меня очень насторожило то, что вопрос снятия визовых ограничений с чиновников из "черного списка" увязывают не с вопросами освобождения политзаключенных, а с иными. Например, с возобновлением работы шведского посольства в Минске. К сожалению, мне не удалось поговорить с присутствующим на форуме министром иностранных дел Швеции Карлом Бильдтом по техническим (а может, и не по техническим) причинам. Но такая увязка просто обнаружит слабость Европы и даст диктатуре дополнительные возможности для шантажа. Выгоняй посла, а потом обменивай его на "черный список".

- Каких шагов сегодня можно ждать от Европы в отношении Беларуси?

- Если говорить об отношении к Беларуси, то я бы сказал, что никаких надежд, планов Европа с режимом Лукашенко не связывает. И в этом смысле не ориентируется на нынешние власти. Могут быть попытки восстановить какие-то контакты, но я бы сказал, что это уже даже не разочарование и усталость Европы от тупого упрямства диктатуры. К этому режиму уже относятся как к мертвечине.

Другое дело, что европейцы серьезно пока не обсуждали тот инструментарий, которым можно воздействовать на ситуацию в Беларуси. И здесь я бы говорил не только о санкциях, которые обязательно должны быть и которые морально оправданы для освобождения политзаключенных, но и о возможностях, которые Европа может предложить Беларуси. Удалось начать обсуждение о бесплатных многократных визах для белорусов, о создании большего количества мест для получения не только университетского образования, но и для последипломного обучения.

Мне кажется, вот в этом и может состоять суть стратегии Европы по отношении к Беларуси: жесткий заслон диктатуре и открытость Европы для граждан Беларуси.

поделиться

Новости по теме

Новости партнёров