Лебедько: Надо звонить в колокол и будить людей


Экономическая ситуация в Беларуси стремительно ухудшается, еще немного времени и мы потеряем страну экономически, а потом и политически, уверен лидер Объединенной гражданской партии Анатолий Лебедько. Поэтому он предлагает вовлекать в политический процесс как можно больше людей, а себя уже видит "лидером перемен".

Анатолий Лебедько всегда называл себя политическим оптимистом, даже тогда, когда для этого не было никаких оснований. И он всегда мечтал стать президентом страны, и последовательно идет к этой цели. Несколько раз ему не удавалось стать единым кандидатом от оппозиции, но на выборах в 2015 году, он, наверняка, хочет сыграть первую скрипку.

О том, есть ли возможность радикально изменить политическую ситуацию в стране, извлекла ли оппозиция уроки из предыдущих президентских кампаний, и как он собирается участвовать в предстоящих президентских выборах "Белорусскому партизану" рассказал лидер ОГП Анатолий Лебедько.

- Анатолий Владимирович, вы и ваша партия выступаете за выдвижение на президентских выборах 2015 года единого кандидата от оппозиции и предлагаете для его определения проведение так называемого "праймериз". Что представляет собой эта процедура и чем она лучше Конгресса демократических сил или Всебелорусского съезда, которые предлагают другие политические силы?

- ОГП предлагает определиться с лидером сторонников перемен, который возможно потом будет единым кандидатом. Такова последовательность. Если мы говорим о лидере перемен, то есть несколько инструментов и механизмов того, как он может появиться: он может выйти из договоренности в кулуарах (сценарий 2001 года), он может стать итогом проведения Конгресса (2006 год) и он может появиться в результате всенародного голосования или праймериз. Последний способ самый оптимальный, так как он делает лидера максимально легитимным, ведь его выбирает ни кто-то там, в кулуарах, или на конгрессе - это делает любой пожелавший принять участие в этой процедуре гражданин Беларуси.

- Критикуя Конгресс демократических сил и кулуарные выборы единого кандидата, вы фактически критикуете сами себя – ведь вы активный участник тех событий (выборы единого кандидата от оппозиции в 2001 и 2005 годах). Скажите, почему идея праймериз не была реализована ранее?

- Для своего времени и кулуарные договоренности, и конгресс были, в общем, хороши, так как они приводили к требуемому результату – был единый кандидат. Но как только проходила компания сразу появлялась и критика. Потому что слишком малое было число людей вовлеченных в этот процесс. Требовалось расширение легитимности. Идее праймериз ведь не три дня отроду - впервые была озвучена нами еще в 200 году, как результат анализа и осмысления того, что было в 2001 году. Но, к сожалению, тогда реализовать эту идею не удалось. Как не удалось ее реализовать и в 2009 году, несмотря на то, что тогда желание принять в ней участие заявило 9 политических структур. Сегодня же для реализации праймериз гораздо больше возможностей, правда и сопротивления тоже больше.

- На Конгрессе демсил в 2005 году вы уступили Александру Милинкевичу всего восемь голосов из почти тысячи. Вы сожалеете о том, что не стали тогда единым кандидатом от оппозиции?

- Это была борьба. Не все были уверены в абсолютной чистоте и честности этой процедуры, но мы приняли правила этой борьбы и все обязательства которые мы взяли на себя мы выполнили. Это не страшно, что мы проиграли. В той ситуации очень важно было сохранилась цельность команды, только так много можно было что-то сделать.

- Вы считаете, что вам лучше удалось бы провести избирательную кампанию, чем Милинкевичу?

- Если бы я думал, что проведу ее хуже, то и не выдвигал бы свою кандидатуру. Но никто не сможет точно сказать, как бы все сложилось, если бы "единым" тогда стал я. Поэтому я не вижу смысла сейчас это обсуждать.

- Почему в 2010 на выборы от ОГП пошли не вы, а менее известный и слабый политик Ярослав Романчук?

- Мой принцип - быть всегда гибким и реагировать на ситуацию с максимальной пользой для общего дела. Если бы в 2009 был праймериз, на участие в котором, повторюсь, изначально дало согласие 9 политических структур, я бы в нем участвовал. Я бы боролся. Но, когда стало ясно, что единого кандидата не будет - это было уже другое качество ситуации. И я думаю, что мы приняли наиболее оптимальное решение, когда выдвинули не политика, а экономиста. Он был единственным экономистом из всех кандидатов. И это был большой плюс. Я считаю, что саму компанию мы отработали очень хорошо. Особенно, учитывая наши не очень большие финансовые и человеческие ресурсы. Кроме того это был мой ответ тем людям, которые говорили «давайте новых людей, новые имена».

- В преддверии прошлых президентских выборов вплоть до самой регистрации кандидатов в президенты практически никто из оппозиционных политиков от идеи единого кандидата официально не отказывался. Однако, некоторые из них добросовестно, пусть и безуспешно, принимали участие практически во всех подобных инициативах (вы, как представитель Романчука, Статкевич, Некляев ). Ряд же кандидатов, например Рымашевский или Санников, практически все попытки объединения последовательно игнорировали. У вас нет опасений, что и на этот раз личные амбиции политиков возьмут верх над здравым смыслом, и тот же Рымашевский начнет саботировать процедуру избрания единого, как он это делал в ОДС и БНБ?

- Действительно, ОГП и я, как ее лидер, достаточно часто приспускали наш партийный штандарт во имя общих интересов. И это один из упреков, который звучал тогда и звучит сейчас в мой адрес внутри партии. Но я убежденный сторонник именно объединительной стратегии. Это такой мой комплекс с 1994 года, когда демократы не смогли объединиться - к чему это привело, мы все знаем. Что касается этой компании, то я вынужден констатировать, что на сегодняшний день только ОГП заявила о своем формате участия в президентской компании через праймериз. Поэтому мы сейчас положили вопрос проведения праймериз в холодильник, он сейчас в замороженном состоянии. Однако, мы уверены в преимуществах, которые несет в себе процедура праймериз. Предыдущие процедуры зиждились на жестких договоренностях. Любые жесткие договоренности сужают простор для действий самого кандидата, потому, что ты должен учитывать интересы каждого. Возможно, поэтому тогда и не удалось договориться. Праймериз же мотивирует людей не только говорить о своих амбициях, но и предъявлять доказательства своих претензий.

- Сегодня некоторые политики, например, экс-кандидат в президенты РБ Андрей Санников, считают, что ни в каких выборах участвовать вообще нельзя. Не так давно он заявил, что "окончательная точка в выборах в Беларуси была поставлена в 2010 году, нет такого института в нашей стране при диктатуре Лукашенко, и народ это понял". Поэтому, по словам Санникова, народ не пошел на парламентские выборы и на президентские тоже не пойдет. Вы согласны с этим утверждением?

- Нельзя проводить параллели между парламентской компанией и президентской. Люди в Беларуси понимают, что парламентские выборы ни на что не влияют. Президентская кампания – вопрос власти. У людей есть ощущение, что это непосредственно их касается. Поэтому интерес к президентской компании был вчера, есть сегодня и будет завтра, особенно если люди увидят хоть какой-то луч надежды.

- Вы обсуждали с Санниковым идею проведения праймериз?

- Нет, не обсуждали. У меня была только одна встреча с Санниковым, на которой мы договорились по вопросам взаимодействия на международной арене. Но я думаю, что он тоже может принимать участие в праймериз. И Санников, и Северинец, и Козулин, и Ярошук. И не важно, если сегодня некоторые из них поражены в политических правах, потому что речь идет не о кандидате в президенты, а о лидере сторонников перемен. Если бы перечисленные мною люди приняли участие в праймериз - это дало бы шанс на перемены. Это может взорвать существующую ситуацию. Потому что все остальные сценарии - это тихие сценарии встраивания в то, что предлагает власть. Наш опыт участия в парламентской компании показал, что если ты навязываешь свой сценарий, то ты получаешь гораздо больше преимуществ.

На сегодняшний день мы единственная политическая структура, которая двумя руками за праймериз. У всех остальных либо дистанция, либо не сформулированное мнение. Мы готовы обсуждать другие предложения. Но, никто пока ничего лучшего не предложил. На сегодняшний день я считаю, что многие не соглашаются на праймериз, потому что это наиболее тяжелый и трудный сценарий. Он заставляет людей предъявлять свои возможности, а не просто говорить, что я носитель президентских амбиций.

- Кстати о парламентской кампании, участие ОГП в парламентских выборах, даже с последующим снятием кандидатов, вызвало очень острую критику со стороны его соратников.

- Критика и споры были в начале компании, когда они еще не понимали в чем смысл и суть нашей компании. В конце нас уже никто не критиковал, наоборот все говорили, что это самая оптимальная из возможных сценариев компания.

- Как будет проходить процедура праймериз с технической точки зрения (как будут организовываться участки для голосования и подсчет голосов)?

- Мне видится на сегодняшний день как минимум три формы голосования. Первая - создание в регионах участков, где будут сидеть представители тех, кто участвует в праймериз. На этих участках можно будет заполнить бюллетень и проголосовать. Вторая – голосование через интернет. И третья форма - голосования на дому. То есть представители участников праймериз приходят к вам в дом с избирательной урной.

- То, что вы предлагаете, очень похоже на «альтернативные выборы», организованные в 1999 году Виктором Гончаром, которые обернулись арестом одного из кандидатов, экс-премьера Михаила Чигиря (второй, Зенон Позняк, тогда избежал ареста, потому что находился в эмиграции) и таинственным исчезновением самого Гончара. По-вашему, с тех пор что-то принципиально изменилось? Вы не боитесь, что организаторы и участники праймериз могут также бесследно исчезнуть или попасть за решетку по сфабрикованным обвинениям?

- Все возможно все в нашей стране, но давайте не будем пугать наших читателей. Проведение праймериз - это не есть антиконституционное действие, оно не противоречит действующему законодательству. Однако, повторюсь, все может быть, и я думаю, что это в некоторой степени сдерживающий фактор для ряда политиков. Но если не навязывать власти свои сценарии, мы всегда будем идти по коридору, который она нам определила.

- Сегодня многие белорусы до сих пор настолько напуганы последствиями проведения прошлой президентской кампании, когда мирный митинг обернулся для значительного числа его участников уголовными делами о «массовых беспорядках», а участие в избирательной кампании кандидатов – увольнениями и отчислениями из ВУЗов, что они просто боятся ходить даже на санкционированные властями акции оппозиции. Как вы собираетесь убедить их принять участие в праймериз, проведению которого власти будут всеми средствами противодействовать?

- Чувство страха присуще всем и каждому. Но перебороли же страх поляки, чехи, литовцы, латыши. И прошли через аресты и через тюрьмы. Надо апеллировать к людям, что на них тоже лежит ответственность за то, что здесь происходит. Экономическая ситуация ухудшается. Еще немного и власть распродаст всю собственность, а значит потеряем страну экономически , а потом и политически. Надо звонить в колокол и будить людей. Кроме того, надо конечно создавать систему защиты. Определенные механизмы защиты уже созданы: людям помогают выплачивать штрафы, все, кто проходит через тюрьмы, получают определенную материальную компенсацию, все, кто был отчислен из университетов, продолжают обучение по различным программам (не только Калиновского).

- Процедура праймериз имеет смысл, только если в ней участвует действительно большое количество людей, а это невозможно без проведения широкомасштабной агитации. Как вы собираетесь проводить именно широкомасштабную агитацию за кандидатов в условиях, когда нет доступа к телеканалам, когда независимых газет практически не осталось, а за распространение листовок можно получить 15 суток?

- Тот же Интернет сегодня – это огромные возможности. Но пока они не используются. Интернет у нас сегодня используется только для эдакой перестрелки между своими. Если 3-5 серьезных претендентов заявляют о своем участии в праймериз - это меняет отношение масс-медиа к происходящему. Редактора газет, руководители сайтов должны увидеть, что это серьезно. Как только это произойдет, сразу на том же Белсате можно делать отдельную программу, в которой участники праймериз либо их доверенные лица будут поднимать вопросы, которые волнуют людей - та же приватизация, образование, новые рабочие места. Это может привлечь достаточно много внимания. Есть возможности независимых радиостанций. Но, к сожалению, многие не видят этот тренд, который может покатиться, как снежный ком. Нам надо создать такое ощущение. Ведь даже если мы соберем эти небольшие информационные возможности в одно направление, то получается огромная сила. Так что возможности есть. Плюс и сами кандидаты должны создавать какой-то фонд для информирования людей о происходящем. В том числе и для того, что бы отсечь некий балласт, людей, за которыми ничего нет, кроме личных амбиций.

поделиться

Новости по теме

Новости партнёров