Отец погибшей под Молодечно школьницы требует специального расследования Минтруда

БелаПАН

Иллюстративное фото
Отец погибшей под Молодечно во время уборки картофеля школьницы обратился к начальнику Молодечненского межрайонного отдела Минского областного управления департамента государственной инспекции труда Минтруда и соцзащиты.

Олег Попченя просит провести с его участием специальное расследование несчастного случая.

Восьмиклассницу из Молодечно насмерть задавил грузовик, когда она была на картошке

Напомним, 29 сентября во время выполнения сельскохозяйственных работ в СПК «Восход-агро» погибла ученица 8-го класса средней школы № 11 Молодечно, 13-летняя Виктория — на нее наехал грузовик. От полученных повреждений девочка скончалась по дороге в больницу. На месте происшествия работала следственно-оперативная группа. Молодечненским районным отделом СК возбуждено дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 317 УК (нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности смерть человека).

Как сообщил БелаПАН гомельский правозащитник, правовой инспектор независимого профсоюза РЭП Леонид Судаленко, который помог отцу погибшей составить заявление, наниматель допустил ребенка к выполнению запрещенной работы.

«Начались фактические трудовые отношения со всеми вытекающими отсюда юридическими последствиями. Согласно части 2 статьи 25 Трудового кодекса фактическое допущение работника к работе является началом действия трудового договора независимо от того, был ли прием на работу надлежащим образом оформлен. Наниматель, СПК «Восход-агро», перед использованием труда 13-летнего ребенка был обязан издать приказ о приеме ребенка на работу, о его допуске к выполнению работы с обязательным указанием норм выработки, продолжительности ежедневной работы и оплаты труда; заключить с ребенком в письменной форме трудовой договор на время выполнения сезонных работ», — пишет в заявлении Олег Попченя.

Кроме того, наниматель был обязан истребовать медицинское заключение о состоянии здоровья и признании ребенка годным к выполнению сельхозработ, связанных с перемещением тяжестей вручную и поднятием тяжестей на высоту, а также провести с ребенком вводный инструктаж по охране труда и технике безопасности во время выполнения работ и назначить ответственного за безопасность ребенка на сельскохозяйственном производстве. Также наниматель должен был застраховать ребенка от несчастных случаев на производстве, связанном в том числе с эксплуатацией машин.

Леонид Судаленко добавил, что Виктория была единственным ребенком в семье. «На поле с классом был даже не классный руководитель, а другой учитель. Отец говорит, что против того, чтобы наказывали водителя и учителя. Говорит, что надо наказывать тех, кто их туда отправил. Отцу 42 года, он работает в котельной. Мать тоже рабочая, трудится по переработке и утилизации пластмассы. Колхоз молчит, чеки на похороны оплатила школа», — рассказал правозащитник. Он добавил, что, по словам отца, у Виктории не было инвалидности, как заявляли некоторые.

Как отметил Судаленко, отец погибшей девочки заявил, что «не хочет жить за счет своего ребенка», но согласился подписать заявление. «Если будет начато специальное расследование, семье полагаются выплаты. Единовременная — 12 среднемесячных зарплат по хозяйству, это около 3,6 тыс. рублей новыми. Моральный вред можно истребовать в сумме около 20 тыс. рублей. Также в генеральном соглашении есть норма о выплате 10 среднегодовых зарплат, то есть около 36 тыс. рублей. В сумме родственникам реально получить около 60 тыс. рублей», — объяснил правовой инспектор.

По его словам, единовременную выплату должен производить «Белгосстрах», компенсацию морального вреда — СПК, по Генсоглашению — тоже работодатель. «Однако для всего этого нужен акт формы Н-1 о том, что несчастный случай производственный, без него никаких выплат не будет. И для этого нужно спецрасследование департамента по труду», — пояснил Леонид Судаленко.

Стоит отметить, что ранее Судаленко добился победы в деле травмированного на Гомельском химзаводе рабочего — процесс длился более четырех лет.

Новости по теме

Новости других СМИ