Директор информационных программ Первого канала: Никакой взрывчатки я не видел

"Народная Воля"

Известный российский журналист, директор информационных программ Первого канала России Антон Верницкий был свидетелем того, что происходило на улице Коллекторной в Минске вечером 19 декабря, когда был избит кандидат в президенты Владимир Некляев.

Он утверждает, что люди в черном перегрузили из микроавтобуса, который следовал в колонне соратников Некляева, два генератора. Также люди в черном бросали шумовые гранаты.

Все это происходило на глазах Антона Верницкого. Его, а также оператора Первого российского канала люди в черном не держали лицом в снегу только потому, что приняли за журналистов белорусского телевидения.

То, что Антон Верницкий рассказал "Народной Воле", расходится с тем, что озвучил Александр Лукашенко на пресс-конференции 20 декабря. Напомним, Лукашенко, отвечая на вопрос журналиста "Нашай Нівы", заявил: "В 7 часов, как мне доложил министр, поступает информация, что на улице Немига мы подозреваем, что там есть то, чего не должно быть. И когда пришли на досмотр этих автомобилей, этот наряд был смят — там было примерно 64 человека — и началась драка. И сегодня руководитель штаба Некляева признался, что там произошло. В конце он сказал: "Милиция тут ни при чем, наряд вызвал подкрепление, когда началась драка, если бы, говорит, не милиция, дошло бы дело до поножовщины". И когда появился наряд-подкрепление — заглянули в эти автомобили. Вы не видели, что там было? Я, наверно, не взял фотографии, я попрошу своих помощников, а вы подойдите, я вам покажу. И попрошу телевидение продемонстрировать, что находилось в этих автомобилях".

А вот рассказ Антона Верницкого нашей газете:

— В начале восьмого вечера 19 декабря мы с оператором вышли с колонной соратников Некляева, которая направлялась на Октябрьскую площадь Минска. Начальник штаба Некляева в мегафон кричал, что автобус со звуковой аппаратурой мы закроем телами. От штаба колонна отошла метров 200, как дорогу ей перегородила машина ГАИ. Два милиционера сказали, что дальше, мол, вы не пройдете, покажите, что лежит в машине. Некляев возразил, что они не имеют права перегораживать дорогу. Кто-то крикнул: «Давайте уберем машину ГАИ». Я стоял в метрах пяти, у стеночки здания, и все видел. Оператор был впереди, снимал.

Как только люди Некляева дотронулись до машины ГАИ, тут же подъехал черный микроавтобус. ГАИшники не вызывали никакого подкрепления, в их руках даже не было рации. Я уверен, что когда машина ГАИ перегородила путь – это была явная провокация. Хорошо спланированная. Конечно, людям Некляева не надо было раскачивать машину ГАИ.

Из черного микроавтобуса с тонированными стеклами выскочили люди в черном, без головных уборов. В их руках оружия я не увидел, но в это то же время в хвосте колоны раздались два взрыва. И все, кто стоял у машины ГАИ, тут же обернулись на эти взрывы. Люди в черном молча стали их всех избивать, а потом заорали: "Всем лечь лицом в снег". Я тоже прилег, но у меня в руках был микрофон Первого канала и я стал кричать: "Я журналист Первого канала, я журналист Первого канала". Мой оператор тоже кричал: "Я Первый канал, я Первый канал". Видимо, это сбило их с толку, они решили, что мы с какого-то Первого белорусского канала. И они схватили оператора за шкирку и поволокли в свой микроавтобус, с криком: "Это наши, это наши». Оператор, показывая на меня, кричал "Он со мной", и меня, мягко так подталкивая, тоже попросили пройти в их микроавтобус. Не били, просто слегка подталкивали, чтобы я шел быстрее. И мы стояли около автобуса.

Момент избиения Некляева я не видел, но видел, как из микроавтобуса, на котором прибыли люди в черном, выскочил человек и бросил в сторону две шумовые гранаты. Два таких бочонка, как банки тушенки. Я еще подумал, что надо будет потом снять эти гранаты. Но он сразу же бросился их подбирать. В это же время четыре человека вытащили с некляевского микроавтобуса два белых генератора и перегрузили их в черный микроавтобус. Не тот, у которого стоял я, а в другой – у них было два микроавтобуса.

Я отчетливо видел, как перегрузили два генератора. Действовали они очень быстро, и как только генераторы перенесли, я услышал их позывные: "Бекас или бекап, отходим. С нами два журналиста". Никакой взрывчатки я не видел. Вообще, кроме этих генераторов, люди в черном из некляевского автобуса ничего не изымали. А забрав технику, быстро ретировались, затолкав нас с оператором в микроавтобус.

Как только отъехали, старший, который сидел на переднем сиденье, рядом с водителем, по рации кому-то передал: "С нами два журналиста. Наш канал". У него спрашивают: "Откуда? ОНТ? БТ?". Он, в свою очередь, обратился к нам с вопросом: "Вы какие?". Мы с оператором хором ответили: "Первый канал". По рации ему скомандовали: "Проверь у них документы». Мы передали удостоверение, паспорта. "А почему у вас паспорта российские", — удивился он. "Так мы же из России, с Первого канала". И по рации тут же звучит приказ "Выкиньте их на х… на снег". Но нас, правда, культурно высадили из микроавтобуса и отдали документы, заметив: "Не с теми ребята работаете", на что мы ответили: "А вы очень профессионально работаете". И они, молча, уехали.

Когда мы вернулись на место, к штабу Некляева, то увидели избитого водителя микроавтобуса. Никаких пьяных людей в колонне, драки я, честно скажу, не видел.

поделиться

Новости по теме

Новости партнёров